Спасо-вознесенский женский монастырь

Смоленск. Вознесенский монастырь.

Храмы монастыря:

Другие постройки и сооружения:

4. Монастырский корпус (2010-е гг.)
5. Фрагмент старой ограды (1760-1770 гг.)
6. Ворота старой ограды (1760-1770 гг.)
7. Современная металлическая ограда (частично на старом фундаменте)
8. Ворота новой ограды
9. Хозяйственные ворота
10. Хозяйственная постройка

Работы вели каменщики из ярославских крестьян с помощью смоленских стрельцов, средства — из казны. В 1764-65 годах по инициативе игуменьи Олимпиады Рыдванской построена придельная церковь Екатерины. В 1830 году над воротами возведена по проекту губернского архитектора Альшевского церковь Ахтырской Божьей Матери. Кельи были деревянными, не сохранились. Территория монастыря простиралась к западу и северу от собора до нынешней улицы Войкова.

Соборная церковь трехчастная — четверик с тремя апсидами, равная ему по ширине трапезная и колокольня. Композиция уравновешенная, четверик увенчан шлемовидной главой на восьмигранном барабане, аналогично завершение колокольни, состоящей из двух четвериков и восьмерика звона. Первоначально на колокольне были часы. Здание имеет черты, присущие московской архитектуре этого времени, но без московского «узорочья». Украшают гладкие стены только скромные профилированные наличники и восьмигранные окна, примененные здесь впервые. Эффектны высокие распашные крыльца с рундуками. Здание двухэтажное, внизу — церковь во имя Сергия Радонежского, вверху — Вознесения. На первом этаже плоские перекрытия, своды не сохранились, на втором — сомкнутые своды.

В церкви Вознесения был великолепный иконостас в стиле барокко, который мог послужить образцом для иконостаса Успенского собора. Основу его составили коринфские колонны и раскрепованный антаблемент. Резал его «иноземец» Юрий Бек. В нижнюю церковь иконостас перенесли из деревянной, клиросы же в ней резал столяр из с. Красного Марк Бородавкин с тремя товарищами. Иконы писал и резал протопоп Успенского собора Игнатий, золотил резьбу и писал иконы в нижней церкви Лука.

В настоящее время в церкви располагается выставочный зал.
Ул. Коненкова, 9-А. Тел.(0812) 38-25-67
Основная выставочная площадка города, где постоянно проходят выставки различного профиля. Экспонируются произведения смоленских художников, фондовые выставки из собрания музея-заповедника. Частыми гостями являются выставки из ведущих музеев России и Беларуси.

добавил Козерожик
текст взят с сайта Администрации Смоленской области

Построение его, по словам Мурзакевича, относится ко временам отнятия Смоленска у Литвы Василием Иоанновичем, но ни в актах, ни в летописях нет указаний на это время основания его. В первый раз упоминается о нем в 1660 году: в грамоте царя Федора Алексеевича 1660 г. сказано, что прошлого года 1660 велено наместнику Смоленскому Репнину с товарищами по челобитной игуменьи Ироиды Куракиной, переведенной в Смоленский монастырь из Кутеинского, давать на церковь по 3 пуда воска, по 2 ведра вина церковного, игуменье с сестрами 350 руб. и 300 четвертей ржи. На основании этих слов, необходимо допустить существование монастыря до XVII столетия. Если игуменья с монахинями, вскоре по возвращении Смоленска Алексеем Михайловичем, переведены в Вознесенский монастырь, значит, он в это время уже существовал и даже не был разорен, иначе не для чего было переводить из Оршанского монастыря. В том же акте упоминается церковь в монастыре, которая существовала до 1660 г. Но как устройство православного монастыря нельзя относить ко времени польского владычества, то, по всей вероятности, он существовал до занятия Смоленска поляками. По словам автора истории Смоленска, в этом монастыре при польском владычестве помещен был иезуитский кляштор (католический монастырь). Когда здесь опять устроился православный женский монастырь, он был очень малолюден, число всех сестер было не более 15.

По преданию, записанному в документах этого монастыря под 1775 г., игуменья Ироида Куракина воспитывала при себе дочь полковника Кирилла Нарышкина, бывшею впоследствии царицею и матерью Петра Великого, Наталью Кирилловну. По этому случаю означенный монастырь от Алексея Михайловича и Петра Великого награжден каменным строением, ризницею и жалована вотчина. Это донесение написано со слов престарелой 92–летней старицы Серафимы Рыдванской. Немудрено, что она могла быть современницей или близкою ко времени самого воспитания царицы; притом по родству с игуменьей Марфою Рыдванскою, современницею Петра Великого, она могла знать об этом от самих очевидцев. По крайней мере, остается необъяснимым, почему больше всего этому монастырю постоянно оказывали милости Алексей Михайлович, потом Федор, Иоанн и Петр Алексеевичи. Так в грамоте Алексея Михайловича 1673 г. «велено дать на всякую старицу по 3 четверти и больше денег, сколько довется по рассмотрению, чем им можно прокормиться». В грамоте стольнику Голицыну велено было прислать роспись церковному и колоколенному строению монастыря за рукою головы стрельцов Семена Хворова.

В начале XVIII столетия благоустройству монастыря особенно содействовала игуменья Марфа Рыдванская. Во время пребывания Петра Великого в Смоленске в 1695 г. игуменья просила Петра пощадить преступников, приговоренных к смертной казни. Государь приказал Измайлову объявить осужденным, что Бог и государь дают им прощение. Толпа обратилась к окнам квартиры царя и огласила воздух криками восторга и благодарности. Петр I, тронутый таким оборотом дела, предложил игуменье просить у него, чего она желает. Тогда в знак милости, она просила его соорудить вместо деревянной, клонящейся к разрушению церкви, каменную. Государь начертал собственноручно план для двухэтажной церкви и велел выдать как сумму, так и материал, необходимый для этого.

В 1697 г. 10 августа необыкновенная буря причинила много повреждений городским зданиям, в том числе Авраамиевскому, Троицкому и Вознесенскому монастырям. Петр Великий, получив об этом донесение от воеводы Салтыкова, приказал прежде других зданий, немедленно сделать поправки в крепостных башнях, хлебных магазинах и в Воснесенском монастыре, оставив прочие казенные здания до другого времени. В 1712 г. по царскому указу снова отпущены материалы, нужные для церковного строения. Указ был послан на имя наместника Головина, где говорилось о построении в Вознесенском монастыре каменной церкви с трапезною. По смерти Петра Великого в 1728 г. царицей Евдокией Федоровной отпущены новые суммы на достройку церкви.

Грамотами тех же царей обеспечено было содержание монастыря: в 1660 г. по челобитной игуменьи в Смоленск давать в церковь по 3 пуда воску, игуменье с сестрами 350 руб. и 300 четвертей ржи. В 1678 г. по царскому указу игуменья Ироида с сестрами переведены из Кутеинского женского монастыря в Смоленск, в Вознесенский девичий монастырь, и велено им, для их монастырской скудности, ржи и ячменю по 3 четверти, денег на монастырскую потребу, пшеницы на просфоры по 1 четверти. В указе 1728 г. велено за 2 года выдать 430 руб., за хлеб 497 руб. Кроме руги или жалования, разными грамотами отведены были для монастыря пустоши: Спасские луга в Смоленском уезде Дубровинском стане по указу Федора Алексеевича в 1680 г., в Долгомостьевском стане пустошь под сенные покосы по грамоте Алексея Михайловича 1669 г., пустошь Чистяки в 1688 г. возвращена монастырю.

Во время путешествия императрицы Екатерины II в 1787 г. было пожертвовано этому монастырю 1000 руб., и на эту сумму устроен, в память благотворительницы, другой престол в нижней церкви во имя вмчц. Екатерины. Впоследствии, иждивением одной смоленской помещицы устроен в той же церкви третий престол во имя Сретения, перенесенный сюда из больничной церкви, за ветхостью ее. Когда старанием той же помещицы была и больничная церковь обновлена, в ней освящен престол во имя Печерской Божией Матери.

В 1812 г. монастырь был разграблен и опустошен, деревянные здания его – больничная церковь и кельи были преданы пламени, а в каменной ее церкви дорогие оклады с икон, ризница, напрестольная одежда были похищены. В таком печальном виде нашли монастырь игуменья с сестрами, возвратившись туда после французов. Не желая оставить своей прежней обители, они решили поместиться в обгорелых кельях, оправив их сколько позволяли им средства. В тоже время обратились с просьбою к жителям Смоленска, и на доброхотные пожертвования их приобрели средства к жизни.

Вскоре по ходатайству бывшего тогда преосвященного смоленского Иринея отпущено на поправку монастыря из казенных сумм 17 руб. 481 коп. На эту сумму игуменья Елизавета Шебекина при усердном содействии инокинь приступила к возобновлению и исправлению монастырских зданий, привела в порядок церковь, приобрела ризницу, церковную утварь и все нужное для богослужений.

При всем том до 1830 г. монастырь не мог загладить следов разрушения. В это время бывшие инокини этого монастыря, княжны Ширинские – Шихматовы, обновили соборную церковь. В 1840 г. отделан Екатерининский придел ее, пришедший в ветхость от времени, устроена новая церковь над главными монастырскими воротами во имя Ахтырской Божией Матери, возобновлена общая трапеза и в самой жизни инокинь улучшен порядок.

Из старинных построек в этом монастыре сохранились следы тайника, имеющего два направления: одно обращено к стороне собора, другое вниз к Днепру. При входе в то и другое отделение – железные двери, они находятся под монастырскими амбарами.

В настоящее время монастырь имеет две отдельно стоящие церкви: одну главную в 2 этажа, в верхнем – престол в память Вознесения Господня, в нижнем во имя Сергия Радонежского, с двумя приделами во имя вмчц. Екатерины и Сретения Господня. Другая церковь – над монастырскими воротами во имя Ахтырской Божией Матери. При соборной церкви каменная колокольня. Кельи инокинь, в неправильном порядке отстроенные, все деревянные на каменных фундаментах, не исключая келий игуменьи монастыря.

Кроме игуменьи, мантейных монахинь в этом монастыре 23, прочих рясофорных послушниц и простых 150, всех 173. Для богослужения в монастыре положено два причта. На содержание монастыря, на жалование священноцерковнослужителям, на починку церкви и прочих монастырских зданий получается от казны 243 руб. 45 коп. Кроме того, ему принадлежат следующие угодья: одно в 35 верстах от города в селе Спасотвердилицах, где устроены две мельницы на реке Вопеце, из которых получается в год более 40 четвертей, другое в 7 верстах от города, в деревне Чернушках, и состоит из 30 десятин сенокосной земли, третье недавно в 1742 г. пожаловано в Краснинском уезде – дача лесная и луговая в 120 десятин. В городе ему принадлежат два дома на Вознесенской улице.

Смежно с монастырем, у северной стороны его ограды и на земле, принадлежащей монастырю, помещается училище для девиц духовного звания, оно устроено старанием бывшего архиепископа Тимофея, как основание его, так и дальнейшее существование единственно зависит от сумм, собранных от доброхотных пожертвований. Смотрительницей в нем одна из сестер монастыря, а число воспитанниц за теснотою дома не простирается выше 60.

Игуменьи монастыря: Ироида Куракина, Евпраксия, Памфилия, Олимпиада, Марфа Рыдванская, Иннокентия Кельницкая, переведенная в московский Новодевичий монастырь, Памфилия Засуличева, Аполлинария Денисочева, Серафима Гедеонова, Елисавета Шебекина, Олимпиада Лекс.

Читайте так же:  Высоцкий монастырь икона неупиваемая чаша

«Историко-статистическое описание Смоленской епархии», стр. 223.

Санкт Петербург 1864 г. Типография духовного журнала «Странник».

Спасо-Вознесенский женский монастырь (Смоленск)

Монастырь основан в 1630-е годы иезуитами. В феврале 1665 года превращён в женский православный монастырь. Сюда были переведены монахини Оршанского Успенского монастыря с игуменьей Ираидой Куракиной.

Монастырь основан иезуитами в 1630-х годах. После вхождения Смоленска в состав Московского государства в него были переведены старицы Оршанского Кутеинского монастыря, а сам он преобразован в женский православный монастырь.

По преданию, в 1660-е годы в монастыре воспитывалась мать Петра I Наталья Кирилловна Нарышкина, дочь переведённого в Смоленск полковника Кирилла Полуектовича Нарышкина. Этот факт, впервые изложенный смоленским краеведом И. И. Орловским (1869-1909), оспаривается современными исследователями. Есть основания полагать, что родители Натальи Нарышкиной похоронены на кладбище при Вознесенском монастыре (могила не сохранилась).

Считается, что в облике собора сказались черты архитектуры петровского времени. Собор двухэтажный, на первом этаже располагается церковь прп. Сергия Радонежского. Екатерининский придел – небольшой одноглавый храм – пристроен в 1764-1765 годах в формах раннего классицизма. Надвратная церковь Ахтырской Божьей Матери возведена в 1830 году по проекту губернского архитектора Альшевского в классическом стиле.

В конце 1920-х годов здание Вознесенского собора было отдано под клуб рабочих типографии. Колокола пошли на нужды индустриализации, судьба иконостаса и часов с колокольни неизвестна. В годы Великой Отечественной войны собор сильно пострадал. Отреставрирован в 1968-1969 годах (по проекту Г. М. Аптекина и В. В. Шеко), интерьер (по проекту С. В.Шестопала) приспособлен под выставочный зал.

6 октября 2010 г. решением Священного Синода на должность настоятельницы Спасо-Вознесенского женского монастыря с возложением наперсного креста по должности назначена монахиня Елисавета (Киселева).

В настоящее время обитель активно восстанавливается. Так, 8 августа 2010 г., в праздник Всех Святых, в земле Смоленской просиявших, состоялся чин освящения звонницы и поднятия колоколов возрождающегося Спасо-Вознесенского женского монастыря. Новая звонница на данный момент является самой большой в Смоленской епархии – она насчитывает 14 колоколов. Колокола были отлиты в лучших мастерских Балтийского литейного завода. Самый большой колокол весит 5 тонн, а общий вес звонницы составляет более 10 тонн.

Церковь трехчастная — состоит из четверика с тремя апсидами, равной ему по ширине трапезной и колокольни. Четверик увенчан восьмигранным барабаном с шлемовидной главой. Аналогично завершение колокольни, которая состоит из двух четвериков и восьмерика звона. Часы, некогда бывшие на колокольне, не сохранились. Гладкие стены украшены скромными профилированными наличниками и восьмигранными окнами (такая форма окон впервые появилась в русской архитектуре).

Здание двухэтажное: на первом этаже располагается нижняя церковь Сергия Радонежского. На первом этаже плоские перекрытия (первоначальные своды не сохранились), на втором — сомкнутые своды.

Придельная, пристроена в 1764—1765 годах к храму Вознесения. Выполнена в стиле барокко. Одноглавая.

Церковь Ахтырской иконы Божией Матери

Возведена в 1830 году над воротами монастыря по проекту архитектора Альшевского.

Выстроена в стиле позднего классицизма. Небольшой прямоугольный объём храма завершён массивным круглым барабаном с куполом. Фасады украшены пилястровыми портиками в духе тосканского ордера с фронтонами. По бокам — узкие ворота.

Спасо-Вознесенский женский монастырь г. Смоленска Епархиальный женский монастырь

В 1692 г. началось строительство каменного соборного Вознесенского храма. В 1704 г. соборный, в два этажа храм был освящен: верхняя церковь в честь Вознесения Господня, нижняя – во имя Сергия Радонежского. Во второй половине ХVIII в. с севера к соборному храму пристраивается церковь в честь великомученицы Екатерины.

До 1764 г. обитель была общежительной. В 1812 г. обитель была разорена французами, но в течение года восстановлена. В 1830 г. в восточной стене усердием инокинь, княжен Ширинских-Шихматовых, строится церковь во имя Ахтырской иконы Божией Матери. В 1840 г. стараниями игумении Олимпиады (Лекс), монастырь вновь становится общежительным. В монастыре в 1851 г. начинала свою монашескую жизнь преподобная Рахиль Бородинская.
В конце XIX – начале XX вв. при монастыре находилась церковно-приходская школа для девочек. Обитель активно занималась культурно-просветительской и социальной деятельностью, особенно в годы народных бедствий и войн. При монастыре располагалось обширное кладбище, на котором был погребен известный историк-краевед, ученик В. О. Ключевского, автор многих книг по истории края И. И.Орловский (1869-1909).

В начале ХХ века монастырь относился к разряду третьеклассных общежительных, в нем несли послушание сто две насельницы (26 монахинь и 76 послушниц). С 1851 г. при монастыре действовало женское духовное училище.

Закрыта обитель была в 1929 году. В ней были размещены курсы ПВО и Горсовет ОСО. В 1969 году в здании Вознесенского собора был открыт выставочный зал, который и размещался здесь до недавнего времени. А в храме Ахтырской иконы Божией Матери был центр по охране памятников.

В 2004 г. решением Священного Синода был открыт Спасо-Вознесенский женский монастырь.

В 2006 г. монастырю передана церковь великомученицы Екатерины исторического Вознесенского монастыря. В 2009 году монастырю передан второй этаж Вознесенского собора и храм Ахтырской Божией Матери.

21 августа 2011 г. монахиня Елисавета (Киселева) была возведена в сан игумении с вручением ей игуменского жезла.

В настоящее время обитель активно восстанавливается. 8 августа 2010 г., в праздник Всех Святых, в земле Смоленской просиявших, состоялся чин освящения звонницы и поднятия колоколов возрождающегося Спасо-Вознесенского женского монастыря. Новая звонница на данный момент является самой большой в Смоленской епархии – она насчитывает 14 колоколов. Колокола были отлиты в лучших мастерских Балтийского литейного завода. Самый большой колокол весит 5 тонн, а общий вес звонницы составляет более 10 тонн.

В начале сентября 2010 года освящён и установлен главный купольный крест Спасо-Вознесенского женского монастыря, который имеет 4 метра в высоту и 3 метра в ширину.

В монастыре совершаются богослужения, при обители работает епархиальная швейная мастерская и иконописная мастерская.

Вознесенский монастырь

Официальный приходской сайт

Спасо-Вознесенский женский монастырь

  • Собор Вознесения Господня
  • Церковь Ахтырской иконы Божией Матери
  • Церковь Екатерины

В 1693 году старая деревянная церковь была разобрана, и, по указу Петра I, началось строительство каменной Вознесенской церкви. Её заложил московский зодчий О. Старцев (1693-1694), строил московский зодчий Д. Калинин, заканчивал строительство К. Мымрин (1701-1704). Работы под их руководством вели каменщики из ярославских крестьян и смоленские стрельцы. Средства на постройку церкви были выделены из казны. Строительство осложнилось повреждениями, которые в 1697 году нанёс недостроенной церкви сильный ураган. По указу Петра I, в числе пострадавших от стихии и восстанавливаемых в первую очередь объектов находились и постройки Вознесенского монастыря.

В 2004 г. решением Священного синода открыт Спасо-Вознесенский женский монастырь.

В 2006 г. монастырю передана церковь великомученицы Екатерины исторического Вознесенского монастыря. В 2009 году монастырю передан второй этаж Вознесенского собора и храм Ахтырской Божией Матери.

Спасо-Вознесенский русский женский монастырь

Вышел в свет новый номер журнала «Монастырский вестник» – № 1 за 2017 год. Его тема – монашество Русской Палестины. С любезного разрешения редакции публикуем одну из статей номера – о непростом прошлом и молитвенном настоящем Спасо-Вознесенской женской обители.

Гора Елеон – одно из самых значимых мест в Иерусалиме и во всем мире. Милостью Божией, старанием и молитвами архимандрита Антонина (Капустина) в 1870 году на вершине Елеонской горы был приобретен большой участок земли, где с тех пор и доныне возносится православная русская молитва. За 110 лет своей истории Спасо-Вознесенский русский женский монастырь на Елеоне пережил многое.

Хитрости во благо Русской Церкви

Елеонская (Масличная) гора в восточной части Иерусалима всегда была особо почитаема христианами. Это место упоминается в Ветхом и Новом Завете. Сюда бежал пророк Давид от своего сына Авессалома, здесь пророк Иезекииль видел Славу Божию. Со склонов горы Господь смотрел на Иерусалим и плакал, говоря о его скором разрушении.

Христос любил уединяться на Елеоне в своей ночной молитве и здесь же научил учеников молитве «Отче наш». С Елеона Господь вознесся, и, как следует из Евангелия, сюда же Он придет во славе во время Второго пришествия: «Мужи Галилейские! что вы стоите и смотрите на небо? Сей Иисус, вознесшийся от вас на небо, придет таким же образом, как вы видели Его восходящим на небо» (Деян. 1: 11).

Елеонский участок – любимое детище архимандрита Антонина. Земля приобреталась в большой конкуренции с французами-католиками

Елеонский участок был любимым детищем архимандрита Антонина. Земля приобреталась в большой конкуренции с французами-католиками. Хотя за отцом Антонином не числилось ни сильной поддержки, ни больших средств, он покупал участки один за другим. Если разобрать по купчим, то здесь 11 разных участков.

Архимандрит Антонин сам не имел права покупать земли в Палестине. Приобретал участок его драгоман Яков Егорович Халеби – помощник и переводчик при миссии. Тридцать лет он был правой рукой отца начальника и, будучи турецким поданным, имел право на покупку земли. Яков Егорович оформлял либо дарственную на архимандрита, либо долговое обязательство. Приходил к турецкому начальству и составлял примерно такой акт: «Я приобрел такую-то землю, но так как денег у меня нет, заплатил за участок архимандрит Антонин. Я не смогу вернуть деньги, и поэтому участок принадлежит, безусловно, ему».

Часть приобретений отцу Антонину удалось оформить себе в «вакуф» (особая форма землевладения в мусульманском праве, когда земля пожизненно становится религиозной собственностью). Завещание архимандрита звучало так: «Эта земля после моей смерти будет принадлежать следующему, кого пришлет Святейший Синод начальником Русской духовной миссии. А когда никого из русских не останется в Палестине, эта земля будет принадлежать Греческой Православной Церкви. А когда вообще ни одного православного не останется в Палестине, эта земля будет принадлежать мусульманской религиозной общине до того времени, пока Аллах, лучший из наследников, не унаследует землю и все, что на ней».

Узнав об этом тексте, многие тогда недальновидно были недовольны отцом начальником. «Вместо того чтобы перевести все в государственную собственность, он придумал какой-то шариатский “вакуф”», – говорили они. Но именно то, что землю нельзя было ни продать, ни обменять, участок на Елеоне навсегда остался достоянием Русской Церкви, так как шариатские законы действовали на Святой Земле и при турецкой империи, и при британском мандате и действуют сегодня в пределах государства Израиль.

Маленькая София и иерусалимский Иван Великий

Участок на Елеоне был лишен всякой растительности, и архимандрит Антонин решил посадить здесь кипарисы, сосны, оливы. Потом приступили к строительству Странноприимного дома для русских паломников.

Отец Антонин хотел создать на Елеонской горе мужской монастырь, для чего нужно было возводить храм и колокольню. Проект архимандрит делал сам, а воплощали его идеи итальянские архитекторы. Сооружение церкви велось на месте старого византийского храма VI века. Строительство «Маленькой Софии», как называл церковь отец начальник, затянулось на долгие пятнадцать лет из-за бюрократических проволочек и русско-турецкой войны. Храм был освящен в 1886 году как Спасо-Вознесенский.

«Русская свеча» – колокольня обители – до сих пор является самой высокой точкой Иерусалима

Параллельно шло возведение 64-метровой колокольни. «Русская свеча», как стали именовать колокольню впоследствии, до сих пор является самой высокой точкой Иерусалима. Из России в порт Яффы доставили большой колокол.

Читайте так же:  Библиотека монастырь алого ордена

«Не найдутся ли христолюбцы, – обратился отец Антонин к русским паломникам, – для возведения иерусалимского Ивана Великого на горе Вознесения? Очень, очень желали бы здесь сего». И желающие нашлись. 105 человек, две трети из которых были женщины, за неделю доставили колокол на Елеон, можно сказать, на руках. Как они тащили его на саму гору, где не было дороги, а только неровная скалистая порода, современному человеку представить трудно – сейчас восхождение на Елеон по широкой дороге налегке многим кажется тяжелым испытанием.

Колокол установили на фундамент будущей колокольни, и в дальнейшем он «поднимался» вместе с ее стенами. Об этом свидетельствует и размер окон, через которые большой колокол явно бы не пролез.

Первая община и новый мученик

Отец Антонин при жизни не застал образования монашеской общины на горе Вознесения. Он отошел ко Господу в 1894 году, в канун Благовещения, на 78 году жизни, когда на его «ненаглядной колокольне» уже звонили ко всенощной. Похоронили архимандрита в Спасо-Вознесенском храме, слева от алтаря.

Также не суждено было сбыться мечте отца начальника о мужском монастыре. За все время, что прошло с момента покупки участка и до начала ХХ века, тут поселился только один монах, в чьи обязанности входило открывать и закрывать ворота. А вот невесты Христовы селились рядом с Елеонским храмом в большом изобилии.

Елеонская женская община была образована 12 (25) августа 1906 года, в день рождения отца Антонина. Началось все с того, что монахиня Евпраксия, будущая первая настоятельница, еще в 1903 году поселилась на Елеоне. Вокруг матушки стали собираться единомышленницы, ее подруги и знакомые, прихожанки Троицкого собора Русской духовной миссии.

По примеру монахини Евпраксии они продавали свое недвижимое имущество, а деньги вносили на нужды новой общины. Сначала сестер было 15, а через год – уже более 100. К 1918 году община насчитывала 150 насельниц. До сих пор в игуменских покоях хранится вышитый первыми сестрами и настоятельницей ковер с изображением панорамы монастыря.

Духовником обители был назначен игумен Парфений (Нарциссов), духовный сын архимандрита Антонина. Он был великим тружеником. Его руками посажены все деревья на участке, вырыты цистерны, которые были единственным источником питьевой воды, так как водопровода здесь не было долгое время. Вода в цистернах собиралась дождевая.

В ночь на 15 января 1909 года отца Парфения нашли мертвым в его домике, он лежал на полу окровавленный. Официальная версия случившегося – убийство с целью ограбления, но что произошло на самом деле – один Бог знает.

Отец Антонин находил камни со следами крови: в VII веке, во время нашествия персов, тут было убито свыше тысячи монахов

Не впервые пролилась кровь на горе Вознесения. Из истории известно, что во время нашествия персидского царя Хозроя в 614 году было убито свыше тысячи монахов. Производя раскопки на участке, отец Антонин находил камни со следами крови убиенных. Ими частично выложили пол Спасо-Вознесенского храма.

Община была переименована в монастырь в 1924 году.

Стрелы со всех сторон

Первая мировая война и революция привели к тому, что связь с Россией прекратилась. Еще до 1917 года скончалась первая настоятельница Евпраксия, и сестры остались без матушки, без Родины, без средств к существованию.

Монастырь был закрыт всего 17 дней, но за это время полностью разграблен. Главный храм стоял опечатанным пять лет, служить было некому, так как Русская духовная миссия прекратила функционировать.

Насельницы духовно окормлялись у греков в соседней обители, а материально пребывали в голоде и нищете. Общежитие поддерживать не было никакой возможности, и монастырь стал своекоштным. Сестры сами искали финансы, чтобы выжить: устраивались на поденную работу, носили камни для строительства Иерихонской дороги, занимались уборкой.

Вскоре была образована Русская Зарубежная Церковь, и далеко не все монахини хотели ее признавать, воспринимали это как раскол. С годами ситуация наладилась, и сомневавшиеся сестры признали зарубежников.

Страдали насельницы не только от политических и военных событий, но и от природных катаклизмов. Во время страшного землетрясения в 1927 году колокольня качалась как маятник и, казалось, вот-вот обвалится прямо на храм. В тот день был праздник иконы Божией Матери «Троеручица». Сестры пошли с образом крестным ходом по всему монастырю. Колокольня и храм не пострадали. В настоящее время одна из монахинь или послушниц ежедневно обходит обитель, неся в руках «Троеручицу».

Царственная игумения

24 года Вознесенским монастырем управляла игумения Тамара (Ее Высочество княгиня Татьяна Константиновна, урожденная Романова). На сегодняшний день это самое продолжительное игуменство в обители на Елеоне. Но если брать в целом по всем русским монастырям Святой Земли, то этот рекорд уже побит настоятельницей Горненского матушкой Георгией (Щукиной).

То, что княгиня Татьяна Константиновна станет игуменией на Святой Земле, предсказывал Оптинский старец Анатолий (младший); монашество пророчила ей и Шамординская настоятельница схимонахиня София (Болотова).

Еще живы сестры, воспитанные игуменией Тамарой. Нам удалось поговорить с монахиней Екатериной, которая в обители почти 60 лет, пришла сюда маленькой девочкой. Сестра Екатерина арабка, но прекрасно говорит по-русски, поэтому переводчик нам не потребовался. К слову, в этом заслуга матушки Тамары и ее помощниц, давших прекрасное образование девочкам по части русского языка.

– Она была тихая, очень смиренная, спокойная. Всех, кто бы к ней ни приходил, матушка принимала с открытыми объятиями, – вспоминает о своей любимой настоятельнице монахиня Екатерина. – Мы здесь многих игумений пережили, все были хорошие, но только матушка Тамара для меня как мать. Никто с ней уже не сравнится, да и очень трудно сравнивать.

Жизнь у нас сначала была тяжелая: в трапезной давали только суп один раз в день, а в остальное время – крутись, как хочешь. Когда узнали, что на Елеоне такая игумения – из царского рода, начали поступать пожертвования из-за границы. Стали приезжать паломники, но поначалу для них не было нормальных условий, приходилось укладывать людей на полу на мешки с соломой. Потихоньку все налаживалось: сделали водопровод, провели электричество, починили крыши.

Арабки-помощницы

Москобия – так до сих пор называют арабы все русские владения на Святой Земле. Именно православные арабские девушки помогли сохранить и поднять Вознесенский монастырь, когда сюда пришла игумения Тамара и нашла все в полнейшем упадке.

Из России, по понятным причинам, молодые сестры не приезжали, а прежние состарились, умирали одна за другой. Однажды обитель навестил местный священник и попросил матушку Тамару принять в монастырь православных арабок. Игумения боялась, как это воспримут русские сестры, и обратилась к владыке Анастасию, главе Зарубежной Церкви, за благословением и получила его.

– Это было как манна с неба для монастыря, – говорит монахиня Екатерина.

Она родилась в православной арабской семье, отец был очень религиозным и считал, что пусть дочка не будет учиться, но ни в какую школу, кроме православной, он ее не отдаст. От Вифанской школы пришло предложение: за пожертвование продуктов детей будут учить бесплатно.

– Отец обрадовался, жертвовал масло и оливки. А когда пришло время поступать в школу, оказалось, что мест нет, и меня привели в монастырь. Тут я и осталась, решила стать монахиней, другой жизни и не знаю.

С восьми лет я несла послушание в трапезной вместе со старушками-монахинями. Готовили на дровах, электричества не было, воды выдавали по два ведра в неделю на человека. На кухне я около 25 лет провела.

Одновременно с трапезным послушанием пела на клиросе, готовила храм к службе, убиралась. Приходилось делать все, людей не хватало. И на колокольне звонила. Представляете, чтобы подняться на колокольню, 85-летней монахине надо было выходить за час до звона.

Сегодня в монастыре шесть звонарок. Послушание это довольно тяжелое. На Елеоне часто бывает ветрено, а на верхних ярусах колокольни особенно. Звонят по два человека: одна сестра – трезвон, вторая – большой колокол. Послушание несут по неделям, чередуются. Звон в обители перед каждой службой.

Суровые соседи

Когда строился Елеонский монастырь, вокруг была пустынная местность. Сейчас вся территория горы плотно застроена. Арабские кварталы подходят вплотную к стенам обители, а некоторые здания стоят прямо у монастырской ограды. По периметру везде навита колючая проволока.

О нашем приезде в монастырь мы вели переговоры с инокиней Мастридией – келейницей игумении (она отвечает на все звонки в обитель). Интересуемся у нее, не досаждают ли соседи сестрам.

– Досаждают, конечно. Сейчас меньше, раньше – больше. Мы ничего не можем поделать. Если подадим жалобу, то дома арабов могут снести, а мы не хотим причинять никому зло. Ныне покойный духовник монастыря отец Нектарий сажал огород. Утром, бывало, придешь, а все помидоры и кабачки украдены. Теперь у нас огорода нет – очень дорогая вода.

Однажды грабители ворвались к игумении: требовали деньги, грозя пистолетом. Они ранили матушку, но в итоге ушли ни с чем

– Всех многочисленных скандалов, поджогов, мстительных выходок уже и не упомнить, – добавляет монахиня Екатерина. – Случалось, арабы в трапезной все помоями закидывали. Приходилось «возвращать» это «добро» им назад, иначе люди не понимали. А однажды вооруженные грабители ворвались в игуменский дом и требовали у матушки Моисеи деньги, грозя пистолетом. Они ранили матушку, но в итоге ушли ни с чем.

Дочь офицера

С 1997 года настоятельницей Елеонской Москобии является игумения Моисея (Бубнова) (она сменила матушку Иулианию, которая до объединения Церквей не пустила на территорию Святейшего Патриарха Алексия II, за что вскоре была отправлена домой в Чили).

Матушка вспоминает, как владыка терпеливо учил ее читать в храме. Однажды сказал: «Галя, пойдем читать девятый час». Потом она долго думала, к чему это было, а поступив в монастырь, поняла значение слов святителя Иоанна как благословение на монашество.

Инокиня Мастридия отмечает, что игумения у них строгая.

– Многие ее уважают за твердость. Если матушка что-то сказала, так и будет. И что бы потом ни происходило, решение не переменит. Но с сестрами она мягкая. (Улыбается.)

В данный момент игумения Моисея сильно болеет, ей тяжело говорить. Мы встретились с ней около игуменского корпуса, она очень сожалела, что нет сил на интервью, и благословила своей келейнице дать нам книги, где опубликованы ее размышления о монашестве. Эти издания можно найти только в Вознесенской обители, поэтому полезно будет привести некоторые цитаты оттуда.

Читайте так же:  Оптина пустынь монастырь службы

«Монастырь – это община, в которую собираются сестры, чтобы спасти свою душу. Но надо (хотя это не всегда так бывает), но лучше, конечно, чтобы было призвание. Призвание – это когда Господь вас призывает служить ради Него. Служить – значит жить по заповедям и весь свой труд, всю свою жизнь, всю свою душу положить ради Бога. Молиться и трудиться и именно быть на послушании.

Послушание. Это слово имеет два значения. Послушание – это, во-первых, работа, которая дается сестре. Но послушание, и это самое главное, – умение слушаться старшую, ту, которая приказала что-то сделать. И сделать это благодушно, во славу Божию. Таково первое условие для монашества. Это очень трудно, особенно если человек немолодой…

Для меня, как для монахини, самые приятные моменты – это когда можешь почувствовать благодать Святого Духа, что бывает или после какого-нибудь подвига, трудного момента, или после хорошей молитвы. Как для игумении, мне приятнее всего, когда, например, какая-нибудь сестра пришла и покаялась.

Игумения Моисея: «Покаяние – в этом как раз и состоит монашество»

Покаяние. В этом и состоит как раз монашество. Мы должны каяться во всех своих грехах, чтобы предстать чистыми перед Богом…»

Когда матушку Моисею спрашивают, достаточно ли приходит в обитель новых сестер, она отвечает словами преподобного Амвросия Оптинского: «Кабы люди знали, сколько искушений и скорбей в монастыре, монастыри опустели бы. А кабы знали, какие радости у монаха. »

Возвращение к общему житию

Войны и прочие обстоятельства привели к отходу от общежительного устава. Матушка Тамара и другие игумении старались его вернуть. Сейчас в своекоштье нет необходимости.

– Если какая-то часть монастырской жизни определена сестре на зарабатывание денег, это, безусловно, порождает желание заработать побольше, что очень мешает монашеству и даже искажает его, – говорит игумения Моисея об особенностях своекоштной обители. – Ведь послушание и нестяжание – два столпа монашества. Я готова удовлетворять нужды сестер при условии, что они отдают все свое время монастырю.

В обители общая трапеза два раза в день, и насельницам нет нужды ходить на работу в мир. Монастырь существует за счет пожертвований паломников, которые либо останавливаются в монастырских гостиницах, либо приходят из других мест поклониться святыням.

Единовременно обитель может разместить у себя 40 трудников (паломников). Если есть желание потрудиться, то проживание бесплатно. Если нет, можно подать пожертвование (конкретной ставки нет). Монастырь живет скромно, но на необходимое хватает.

Долгий путь к ангельскому чину

На горе Вознесения подвизается 43 сестры, и это интернационал: арабки, русские, француженки, немки, румынки, украинки. Между собой все говорят по-русски, ведь это «Русский Елеон».

Новых насельниц из числа арабок теперь не появляется. Вообще христианское население в Израиле резко сократилось за последнее время: нет поддержки, многие уезжают за рубеж. Чтобы попасть в число сестер Вознесенской обители, сначала надо пожить трудницей (в течение года). Если понравится и благословит игумения, то сестра становится послушницей.

С постригом не спешат, в послушницах ходят от 10 лет и больше

С постригом не спешат, в послушницах ходят от 10 лет и больше. Спустя время совершается иноческий постриг. Инокинями живут зачастую более 20 лет, и только потом возможен постриг в мантию.

Наместница игумении и другие необычные послушания

Главное для монахинь – молитва. Ежедневно совершается полный суточный круг богослужений. В будни в 5:30 утра полуношница, часы и Литургия. По праздникам и воскресным дням – в 6:30.

Служба совершается в Спасо-Вознесенском храме, а один раз в месяц – в трапезном (в первую среду месяца). В храме есть полка, разделенная на ячейки, каждая из которых подписана именем определенной сестры. В ячейки кладутся записки, а после службы – просфоры, что очень удобно.

После богослужения и общего завтрака начинаются послушания: вышивка, иконопись, просфорня, работа в гостиницах. Елеонские сестры очень талантливы, об этом говорят красивейшие вышитые аналои, писаные и вышитые иконы. Это уже стало многолетней традицией. Вышивают и пишут не только для собственных нужд, но и на продажу.

Помимо постоянных послушаний установлена череда дополнительных: утренний обход с билом, как на Афоне; крестный ход с иконой Богоматери «Троеручица», украшение храма, свечной ящик, церковная лавка, работа на кухне, уход за больными и пожилыми монашествующими, которые живут в обители.

На горе Вознесения нашли приют ушедшие на покой монахи. К примеру, архимандрит Серафим, который жил на Афоне 20 лет. Его выгнали за то, что он отказался поминать Вселенского патриарха, и он пришел на Елеон.

Из-за особенностей окружающей обстановки днем монастырские храмы закрыты, но всегда дежурит сестра, которая откроет паломнику. Неоднократно посещая Святую Землю, мы уже не в первый раз видим, что это послушание несет инокиня Анна. Она приехала сюда 20 лет назад навестить сына-священника и осталась. Сегодня в монастыре четыре постоянных священника – из России, Украины и США.

Также имеются послушания, которые выполняются «всем миром»: чтение записок утром в храме во время проскомидии, сенокос (если весной не убрать траву, то повышается опасность пожаров), уход за садом и цветами, изготовление свечей два-три раза в год на своем свечном заводике, а также сбор и сортировка маслин в последнюю неделю октября.

А еще в Вознесенской обители есть необычное для России послушание наместницы – так называют помощницу игумении. Во время праздничных богослужений наместница, так же как и игумения, надевает на себя крест поверх облачения.

Вечернее богослужение начинается в 16:00.

В древности на Елеоне строили храмы без купола, и через него можно было видеть небо. В Свято-Вознесенском храме купол есть, но это единственный храм на Святой Земле, где нет центрального паникадила и верхнего освещения. Поднимаешь глаза – и под куполом лицезришь изображение Возносящегося Господа.

Когда вечернее солнце светит сквозь цветные стекла окон, росписи храма как будто оживают. Они выполнены под руководством насельницы монастыря схимонахини Антонии. Она дожила до 100 лет. Всю жизнь была неутомимая: певчая, чтец, реставратор, художник, бухгалтер, златошвейка, летописец, благоустроитель кладбища – словом, специалист на все руки. Перед кончиной мать Антония уже практически не двигалась, и ее спросили: «Теперь, когда ваше тело отдыхает, покойно ли вашей душе?» Схимница ответила: «Помните, у Блока: “Покой нам только снится”. »

Небесные цветы

На первый взгляд кажется, что жизнь в обители как будто погрузилась в сон. Это оазис спокойствия и молитвы в подчас враждебном окружении.

На Елеоне нет бурной социальной деятельности, нет приютов, школ, издательства… Но есть главное – молитва

Да, тут нет бурной социальной деятельности, как во многих русских монастырях, нет приютов, школ, издательства. Но главное, есть молитва и талантливые сестры, которые всеми силами за веселыми улыбками пытаются скрыть собственную духовную глубину и дарования.

Инокиня Мастридия родом из Иордании. Рассказывает о своей судьбе:

– Родители мои разошлись, и дети остались с бабушкой. Она не знала, что с нами делать, и привезла в монастырь. Сестер приняли, а меня не взяли: я была слишком маленькая, полгода мне было. В итоге я оказалась в католическом приюте в Вифлееме. На Елеон приезжала летом. Когда выросла, уехала в Иорданию. Там стала ходить в православный храм и уже осознанно поняла, что это мое. Крестили меня здесь, в обители.

Замуж я никогда не хотела. Однажды видела во сне, что отец хочет выдать меня замуж. Я так плакала! И очень радовалась, когда поняла, что это сон. (Улыбается.)

Сестра Мастридия – замечательный иконописец. Лики на ее иконах светлые и добрые. Также она незаменимый регент. Но сама инокиня пыталась скрыть от нас свои таланты, о них нам рассказали другие сестры.

Когда мы беседовали, подоспело время вечерней службы. Прибежала сестра:

– Мать Мастридия, приходи скорее, мы без тебя не справляемся!

У нас был заготовлен вопрос: «Чем отличается монастырская жизнь в России и на Святой Земле?» Однако тут он неактуален. Для сестры Мастридии Россия здесь – в Иерусалиме, на Елеоне.

– Я была в греческих монастырях, но в Израиле мне больше нравится. Русские богослужения, пение, русский уклад жизни – все это вошло в мое сердце. Я, арабка, молюсь только по-русски.

– По вашему мнению, что главное для монаха, и как научиться смирению и послушанию?

Инокиня Мастридия: «Будет любовь – не будет гордости, и тогда послушание придет само собой. Но ничего не получится без молитвы»

– Главное – любить других. Будет любовь – не будет гордости, и тогда послушание придет само собой. Но ничего не получится без молитвы. Надо молиться, думать о смерти, размышлять, для чего мы живем. Мы же все гости на земле, а что будет потом? Плакать, плакать о грехах нужно. Ежедневно.

Стоит отметить, что на Елеоне все в хорошем смысле слова несовременно. Инокиня Мастридия предоставила нам фотографии сестер из архива монастыря, поскольку игумения Моисея не благословляет фотосъемку насельниц. На снимках ощущается настоящая радость.

В прошлую Пасху нам посчастливилось подняться на монастырскую колокольню и ударить три раза в большой колокол «Русской свечи». Когда поднимаешься на верхний ярус, то видишь землю почти так, как видел ее Возносящийся Господь…

В дневнике архимандрита Антонина (Капустина) за 1886 год есть запись: «Долго сидел на своей высокой колокольне и раздумывал о временах далеко-будущих. Роды родов будут подниматься на высоту, где я сижу, а о чем будут думать они? Верно, не о том, кто доставил им случай полюбоваться на целокупный образ вечно вящей Палестины».

Мы рады, что отец Антонин был неправ в данном случае. Бродя по обители, оливковой роще, монастырскому уютному кладбищу, где покоятся русские люди со всех концов света, мы много раз пели «Вечную память» первому начальнику Русской духовной миссии в Иерусалиме. Благодарили подвижника за то, что с его подачи горит на Елеоне своим неугасимым светом день и ночь «Русская свеча» – молитва зачастую нерусских по происхождению, но русских по духу монахинь.

Спасо-Вознесенский русский женский монастырь на Елеоне, Израиль

Настоятельница: игумения Моисея (Бубнова).

Святыни: место Первого и Второго обретения главы святого Иоанна Предтечи; камень, на котором, по преданию, стояла Богородица во время Вознесения Господня; чудотворные иконы Божией Матери «Скоропослушница» и «Взыскание погибших»; частица мощей святителя Иоанна Шанхайского; ковчеги с частицами мощей святых.

Адреc: Mount of Olives Convent P.O. Box 19229 Jerusalem 91191, Israel.

Телефон: +972-2 628-43-73 (по вопросам приезда на трудничество и паломничество).