Коростелево часовня

Электронная научная библиотека

по истории древнерусской архитектуры

Источник: Косенков А.Ю. Часовни климовских карел. Все права сохранены.

Материал предоставлен библиотеке «РусАрх» автором. Все права сохранены.

Размещение в библиотеке «РусАрх»: 2010 г.

А.Ю. Косенков
ЧАСОВНИ КЛИМОВСКИХ КАРЕЛ

Статья представляет результаты этноархитектурного исследования, связанного с сопоставительным типологическим анализом традиционных деревянных часовен климовских (тихвинских) карел с аналогичными постройками их русских соседей, а также с часовнями карел на основной территории их проживания в Карелии. На основании архитектурной хронологической шкалы проводится датирование часовен климовских карел.

Ключевые слова: деревянное зодчество, народная культура, карелы, русские, часовни, локальные строительные традиции, хронологическая атрибуция.

Традиционные деревянные часовни интересны в первую очередь тем, что они, в отличие от церквей, возводились местными плотниками и в силу этого более тесно связаны с локальными строительными традициями, иллюстрируя взаимодействие разных составляющих народного деревянного зодчества – культовой архитектуры, жилых и хозяйственных построек.

В отечественной историко-архитектурной литературе специальных работ, посвященных часовням, немного, а этноархитектурных исследований, соотносящих формообразование часовен с особенностями культуры того или иного народа, еще меньше [1]. Как правило, исследователи рассматривают отдельные памятники, не выявляя локальную и этническую специфику этого типа построек, характерную для определенной территории. Примером состояния дел с изучением часовен может служить выпущенный в 2005 году Российским научно-исследовательским институтом культурного и природного наследия имени Д. С. Лихачева первый каталог деревянных часовен Русского Севера [2]. Полезность идеи труда такого рода несомненна, но перечень приведенных в нем храмов случаен, а описание памятников основано на их первичных учетных материалах (паспортах).

Во время экспедиции 2004 года в Климовскую волость (Бокситогорский район Ленинградской области) автор обратил внимание на особенности культовой архитектуры местного карельского населения, что и предопределило написание настоящей работы, посвященной поэлементному соотнесению часовен климовских карел с аналогичными постройками их русских соседей, а также, что особенно важно, с часовнями карел на основной территории их расселения в Карелии.

Известно, что на территории современной Климовской волости (в конце XIX века – Тарантаевская волость Тихвинского уезда Новгородской губернии) издревле проживало славянское население. Однако с 50-х годов XVII века здесь, на землях, сильно опустошенных польско-шведским нашествием и последующей эпидемией оспы, началось массовое расселение карельских крестьян из захваченного шведами Северо-западного Приладожья [3].

Сложившийся ареал климовских (или тихвинских) карел протянулся в направлении с северо-запада на восток вдоль извилистого русла реки Чагоды и ее притоков (рис. 1). На востоке ареал вплотную подступает к русским деревням [4]. Анклавное расселение карел в русской этнической среде способствовало их ассимиляции, которая заметно активизировалась с начала 50-х годов XX века, когда на обследуемой территории впервые были зафиксированы смешанные браки [5].

Этнограф О. М. Фишман выделяет в анклаве климовских карел три микролокуса: Русь – деревни, подвергшиеся в первую очередь обрусению (Коростелёво, Утликово, Дятелка и др.); Глухая Корела – старо-и новопоселенческие карельские деревни, сохранившие в большей степени свою самобытность (Моклаково, Бирючёво, Забелино и др.); и деревни, занимающие промежуточное положение между ними (Толсть, Курята и Логиново) [6].

Переселение карел в Тихвинский край совпало по времени с Никоновской реформой (1654–1655 годы), вызвавшей раскол русской православной церкви. Приверженность карел старой вере способствовала усилению присущего им традиционализма и обеспечила этнокультурную устойчивость переселенцев, несмотря на их малочисленность, что непосредственно отразилось и на строительной деятельности климовских карел.

В 2004 году на территории Климовской волости сохранялись безалтарные храмы в карельских деревнях Бирючёво, Коростелёво, Моклаково, Толсть и в русских – Белый Бор, Труфаново, Турандино, Шульгино. Кроме того, автор проанализировал данные по часовням в деревнях Луга (разрушилась), Новиково (разобрана на конюшню), Курята (сгорела в 2000 году), собранные сотрудниками СПб НИИ «Спецпроектреставрация» в 1982 году [7]. По данным О. М. Фишман и сообщениям информаторов, известно также о существовании часовен в деревнях Коргорка, Забелино, Логиново.

На первый взгляд, сходство между обследованными разноэтничными часовнями преобладает над различиями. Они срублены как из сосны, так и из ели «в обло», и, скорее всего, выбор древесины для нужд строительства диктовался преимущественно характером местной флоры. Однако учитывая наряду с материалами автора данные СПб НИИ «Спецпроектреставрация» [8], можно констатировать: при строительстве безалтарных храмов карелы все же несколько чаще, чем русские, использовали еловую древесину. Поэтому гипотетически (из-за недостаточности статистической базы для корректного заключения) можно предположить, что ель все же считалась карельскими плотниками Климовской волости более приоритетным для храмостроительства материалом. Правомерность такого предположения косвенно подтверждается известными фактами сакрализации ели в карельском фольклоре. Так, В. П. Ершов в ряде работ показал, что ель в религиозно-мифологических представлениях финно-угров являлась «связующим звеном между мифологическими мирами (живых и мертвых) и потому широко использовалась в похоронной обрядности» [9].

Еще более отчетливо различие между карельскими и русскими часовнями Климовской волости прослеживается в их функциональных особенностях и отношении к ландшафту. Обследованные карельские часовни в деревнях Бирючёво, Коростёлево и Моклаково входят в состав некрокультовых комплексов – кладбищенских рощ, и только часовня в деревне Толсть, стоящая на деревенской площади, является мирской (термин О. М. Фишман) [10]. Наоборот, все русские часовни расположены в деревнях, как правило, на периферии застройки на хорошо просматриваемых местах (лугах и горках). Только часовня вблизи деревни Шульгино расположена вне поселения на месте древнего захоронения – жальника. Причина такого различия объяснима: как показал В. П. Орфинский, основополагающие тенденции развития культуры карельского народа – природосообразность и природоподражательность – предопределили специфику его религиозных представлений – христианско-языческий синкретизм, исключавший возможность художественного соперничества культовых построек и сакрализованных природных форм («священных» деревьев). Как следствие – вписанность карельских часовен в ландшафт в противоположность характерной для русских храмов их доминирующей роли в архитектурно-природной среде [11]. С устойчивостью древнекарельких культов предков-прародителей и священного дерева связано широкое распространение кладбищенских часовен в ареалах различных этно-диалектных групп карел. В этом отношении климовские карелы не являются исключением.

Общим признаком всех часовен Климовской волости является рубка их срубов «в обло». Несмотря на широко бытующее название такого углового соединения – «в русский угол», оно в своем каноническом виде – с нижней припазовкой венцов – зафиксировано в часовнях карел, в то время как в постройках русских варьируется: выполняется в архаичном виде – с верхней припазовкой (рис. 2а) или, наоборот, упрощенно – с нижне-боковой подтеской концов бревен (рис. 2б). Относительно бoльшую устойчивость в карельских часовнях рубки «в обло» можно объяснить следующим: в Приладожье на племенной территории корелы в зоне русско-шведского приграничья рубка «в обло» как одна из характерных особенностей культовых построек, заимствованных местным населением вместе с религией у русских, закономерно могла восприниматься как этно-конфессиональный признак, отличавший православных карел от их соседей – финнов-лютеран. Со временем такая рубка, особенно после вынужденной миграции приладожан в глубь России, включая Тихвинский край, могла способствовать их этнической самоидентификации, что, по-видимому, и предопределило ее «канонизацию» [12].

По данным СПб НИИ «Спецпроектреставрация», известны случаи использования остова (сруба) хозяйственных построек для культовых: часовни в деревнях Курята, Луга, Новиково были собраны из срубов бывших амбаров. Так как на территории Климовской волости нередко амбары рубили «в шведский угол» (с шестигранной отеской торцов бревен), то вышеназванные часовни наследовали этот признак (рис. 3).

Из обследованных карельских часовен в самом плохом техническом состоянии находилась однокамерная часовня св. апостола Фомы в д. Моклаково. Входная галерея храма была руинирована, но автор по выявленным следам и сохранившимся деталям (резным столбам) попытался реконструировать ее утраченную часть. Обнаруженные рядом с часовней столбы (рис. 4а) имели нюансные различия в порезке, при определении их местоположения учитывались штрабы для заполнения ограждения галереи (рис. 4б). Наличие штраб в верхней части столбов свидетельствует о существовании подзоров. Следы от потолочных балок на западной стене сруба кафоликона позволили выявить наличие потолка галереи и положение поддерживающих балки столбов. Сугубо гипотетически (по аналогам) автором реконструированы приставное крыльцо и самцово-слеговая крыша галереи (рис. 4в).

Судя по следам, аналогичную галерею изначально имела и часовня в д. Бирючёво. На момент обследования часовня представляла собой двухкамерную постройку (рис. 5а). Трехстенный прируб притвора стыкуется со срубом молитвенного помещения с помощью вертикальных столбов, в пазы которых заведены гребни на торцах продольных стен притвора. Столбы установлены между выпусками бревен молитвенного помещения – двух верхних и четырех нижних. Примерно посередине высоты столбы имеют дополнительное крепление нагелями к торцам примыкающих стен молитвенного помещения. Кроме того, различные конструкции дверных проемов (четырех- и трехкосящатый)молитвенного помещения и притвора, свидетельствуют о разновременном возведении сруба часовни и прируба к нему (рис. 5б). Таким образом, исходя из общей логики развития деревянных безалтарных храмов с учетом отмеченных деталей, можно предположить, что первоначально часовня была срублена как однокамерная постройка с торцевой галереей, устроенной на 4-венцовом основании.

Безалтарные храмы с галереями такого типа известны и на территории Карелии: в Заонежье в деревнях Задняя, Бережная (Типиницы) и в восточном Обонежье на оз. Водлозеро в деревнях Маткалахта, Колгостров, Гумарнаволок.

При детальном осмотре часовни в деревнях Моклаково и Бирючёво выглядят разновременными, однако композиционно они очень схожи. По всей видимости, укорененность во времени такого типа часовен (сруб с торцевой галереей под общей самцово-слеговой крышей) связана с особой консервативностью и устойчивостью культуры климовских карел, что подтверждают исследования О. М. Фишман. Именно эти деревни она вводит в состав круга деревень под названием «Глухая Корела», или «настоящая Корела».

Говоря о размерах часовен в Моклаково и Бирючёво, следует отметить, что первая почти в полтора раза превышает вторую по объему. Обратившись к переписи населения за 1897 год, обнаруживаем, что и численность населения в этих деревнях имеет практически такое же соотношение. Скорее всего, размеры часовен в данных деревнях продиктованы количеством прихожан.

В трех карельских часовнях (Бирючёво, Коростелёво, Толсть) зафиксированы любопытные, довольно редко встречающиеся в безалтарных храмах детали – кронштейны – выпуски верхних бревен продольных стен (рис. 6). В Бирючёво выпущено под первыми слегами по одному бревну (без обработки). В коростелёвской часовне выпуски верхних бревен образуют криволинейный контур, имитирующий повал стен. И наконец, кронштейны часовни в д. Толсть образованы выпусками трех верхних бревен, из которых два нижних окантованы и, кроме того, самое нижнее имеет обработку в виде криволинейного контура. В данном случае кронштейны не воспринимают каких-либо нагрузок, поскольку свесы кровли поддерживаются столбами галереи. Они лишь имитируют классические кронштейны, особенно отчетливо при взгляде на храм с севера или с юга. Прямой преемственности с кронштейнами коростелёвской часовни здесь нет, однако ассоциативная связь прослеживается.

В целом, следует отметить, что для территории современного Бокситогорского района Ленинградской области ведущим типом часовни является однокамерный сруб с торцевой галерей под общей крышей. Такие храмы зафиксированы у всех этнических групп: русских, карел и вепсов [13], проживающих на этой территории. Меньшее распространение получили храмы с трехсторонними галереями: у русских – в деревнях Луга, Белый Бор, Заголодно; у карел – в д. Толсть (рис. 7); у вепсов – в д. Красный Бор.

Культовые постройки с галереями, охватывающими здание с трех сторон и опирающимися на консоли или на сруб, в Карелии, относительно малочисленны и встречаются преимущественно в русской части края, в частности, в Заонежье можно назвать Петропавловскую часовню в д. Насоновщина на Волкострове [14], часовню Иоанна Предтечи в д. Вороний Остров [15], в восточном Обонежье – разобранную в 80-егоды XX века часовню в д. Ченежа Пудожского района. Такой тип культовых построек, скорее всего, был привнесен на территорию Карелии извне и значительно позже времени массового переселения карел. Поэтому возникновение часовни с трехсторонней галереей в карельской деревне Толсть предположительно можно связать с русскими влияниями.

В ходе натурного обследования и опросов местных жителей установить точное время строительства карельских часовен в Климовской волости не удалось. Можно лишь предположить, что нижняя хронологическая граница возведения относится ко времени переселения карел на тихвинские земли – к концу XVII века.

Датировки часовен, предложенные СПб НИИ «Спецпроектреставрация», охватывают слишком большие промежутки времени (около двух столетий): Бирючёво – кон. XVIII – нач. XIX в.; Коростелёво – XVII–XVIII вв.; Моклаково – XVIII–XIX вв.; Толсть – XVIII–XIX вв. Поэтому при хронологической атрибуции обследуемых часовен автор использовал архитектурно-археологическую шкалу для датировки церквей и часовен Карелии, позволяющую по совокупности признаков определить возраст анализируемых объектов [16]. Правда, в чистом виде такую шкалу для хронологической атрибуции культовых построек за пределами Карелии применять нельзя из-за несинхронности развития народного зодчества в пределах Русского Севера и прилегающих к нему земель [17]. Вместе с тем при взаимосмещении на различных территориях хронологических ареалов архитектурных приемов, форм и деталей последовательность их чередования остается в принципе неизменной, что дает возможность воспользоваться карельской шкалой для ориентировочной хронологической атрибуции культовых построек в других субрегионах.

Из большинства приведенных в шкале признаков, пожалуй, более четко можно проследить последовательность смены во времени конструкций дверных и оконных проемов, поскольку последние в старинных традиционных постройках, как правило, имеют относительно высокую степень сохранности и достоверности.

Самые архаичные конструкции оконных и дверного проемов – четырехкосящатые колоды с сопряжением косяков «в ус» с наличием гребня и заплечиков – представлены в часовне д. Бирючёво. Они относятся к первому строительному периоду, когда храм существовал в виде однокамерной постройки с западной галереей, устроенной на выпусках бревен основного сруба. Интерьер часовни освещен северным и южным окнами. Из них только северное окно имеет подушку, зеркальный вершник, – с гребнем и заплечиками (рис. 8). Следует отметить, что эволюция четырехкосящатых проемов шла по пути упрощения и «удаления излишеств» – ликвидации гребня на подушке, а затем и самой подушки. Примечательно, что два архаичных типа конструкций проемов, обычно сменяющих друг друга по времени, – четырехкосящатая колода с подушкой в виде зеркального вершника и подушкой без гребня – в часовне деревни Бирючёво соседствуют в одном срубе и, мало того, были устроены в одно время [19]. В соответствии с карельской шкалой с высокой степенью вероятности их можно датировать второй половиной XVII века.

В дальнейшем развитии у проемов ликвидируются подушки, и проемы приобретают трехкосящатое обрамление с сопряжением косяков с вершником и пороговым или подоконным бревном «в ус», с гребнем и заплечиками на вершнике. Так, во время реконструкции часовни в д. Бирючёво вместо западной галереи был устроен темный прируб притвора с таким типом входного проема. Аналогичный дверной проем был зафиксирован и в изначально двухкамерной Успенской часовне в д. Коростелёво (рис. 9). Наиболее вероятное время бытования трехкосящатых проемов с сопряжением косяков с вершником и нижним бревном «в ус», с наличием гребня и заплечиков – вторая половина XVII – первая половина XVIII века.

Во второй половине XVIII века развитие конструкций проемов связано с упрощением нижнего узла, а именно с переходом к сопряжению косяков с нижним бревном под прямым углом. Оконные и дверные проемы такого типа устроены в часовне деревни Моклаково. Особенность устройства оконного проема здесь заключается в том, что заплечики и гребень обращены в интерьер однокамерной часовни; а дверного проема – в наличии контурной порезки заплечиков вершника. Такая обработка заплечиков проемов зафиксирована и у русских в Никольской церкви в д. Озерёво, и в Карелии (в Заонежье – часовня в д. Пурдега [20], в Сегозерье – амбар в д. Паданский Погост [21]).

В первой половине XIX века происходит ликвидация гребня и заплечиков при сохранении трехкосящатой колоды с сопряжением косяков вверху «в ус», внизу – под прямым углом. Примером такого типа проемов является дверной проем часовни в д. Толсть (рис. 10).

Таким образом, на основании типов проемов удалось выполнить ориентировочную относительную датировку часовен климовских карел. Для ее уточнения необходимо выявить «величину несинхронности» развития безалтарных храмов на исследуемой территории по отношению к часовням Карелии, для чего необходимо провести хотя бы зондажные дендрохронологические исследования.

Автор попытался соотнести и другие архитектурные признаки с карельской шкалой для датировки часовен. К ним относятся камерность срубов, наличие повалов стен, конструкции потолков, подтески при сопряжении бревен с косяками проемов.

Данных для определения наиболее вероятного периода бытования однокамерных часовен у климовских карел недостаточно. Можно лишь констатировать их наличие в деревнях Бирючёво (на первый строительный период), Моклаково и Толсть. У русских же все существующие и достоверно известные безалтарные храмы являются однокамерными постройками, в большинстве случаев с устройством торцевой галереи под общей крышей с основным помещением.

Двухкамерные равноширокие часовни представлены в деревнях Бирючёво (второй строительный период) и Коростелёво. На территории Карелии двухчастные равноширокие безалтарные храмы возводились в исследуемый период истории (со второй половины XVII до начала XX века) повсеместно, что не дает оснований для проведения сопоставительного анализа. Однако высотность помещений в пределах сруба часовен климовских карел обращает на себя внимание: оба безалтарных храма – равновысокие. В Карелии равновысокие клетские часовни получили распространение лишь с первой половиной XIX века. На основе приведенного сопоставления, придерживаясь датировки, полученной при анализе конструктивных приемов (проемов, стен с повалами, потолков, относящихся ко второй половине XVII – первой половине XVIII века), можно заключить, что тенденция к регулярности объемного решения часовен у климовских карел проявилась значительно раньше, чем у карел на племенной территории, что, видимо, вызвано влиянием культовых построек русских соседей.

Повал стен имеют только две вышеназванные кладбищенские часовни, причем повал часовни в д. Коростелёво устроен по всей длине сооружения, что делалось в Карелии только до конца XVIII века, а в часовне в д. Бирючёво лишь на молитвенном помещении. Однако по сравнению с часовнями Карелии здесь геометрия повалов выражена слабо.

Еще одной особенностью двух названных часовен – трехчастная (как исключение, двухчастная) подтеска в местах сопряжения бревен стен с косяками дверных и оконных проемов, выполняемая по середине бревна в виде основного полуовала и двух меньших по размеру полуовалов сверху и снизу основного (рис. 11). Кроме часовен, трехчастная подтеска зафиксирована на амбаре в русской деревне Шульгино. Такая подтеска встречается достаточно редко. К примеру, на территории Карелии она отмечена Л. Петтерссоном лишь на двух культовых постройках в Заонежье и на основе этого датирована 1750 – 1820 годами [22].

Следует отметить, что в часовне в д. Бирючёво наряду с трехчастной подтеской применена одночастная и двухчастная полуовальная, что подтверждает предположение Л. Петтерссона, что трехчастная подтеска является модификацией одночастной полуовальной.

Бревна стен при сопряжении с косяками дверного проема часовни в д. Толсть имеют двухчастную сегментарную подтеску. По карельской шкале данный прием получил распространение со второй половины XIX до начала XX века. Часовня в Моклаково имеет полуовальную подтеску бревен стен у проемов: у дверного проема с обеих сторон криволинейная полуовальная подтеска, у оконных проемов – снаружи криволинейная полуовальная, в интерьере прямая полуовальная. В Карелии полуовальная подтеска была распространена в период со второй половины XVII до середины XVIII века.

Архаичный прием устройства перекрытия – потолка с тесовым заполнением «в елочку» выявлен в часовнях в деревнях Коростелёво и Моклаково, что применительно к коростелёвской часовне хорошо корреспондируется со шкалой для датировки часовен Карелии: распространение такого типа потолка и трехкосящатых проемов с гребнем и заплечиками совпадает по времени и относится ко второй половине XVII – первой половине XVIII века. Что же касается часовни в Моклаково, то архаизация прослеживается не только в ее общем композиционном решении (как уже отмечалось выше), но и в деталях.

Еще один прием, попавший в поле зрения автора, – наращивание бревен по длине. Так, в часовне в Моклаково стык бревен основания галереи выполнен «в шип», а в часовне в Бирючёво в основании притвора несколько бревен сопрягаются «в косую обратную накладку». В Карелии приемы сращивания бревен по длине стали активно применяться с конца XVIII века [23]. У климовских карел такие приемы зафиксированы в часовнях до середины XVIII века. Поскольку территория расселения климовских карел намного южнее Карелии, то и приемы сращивания бревен по длине здесь могли появиться несколько раньше в связи с недостатком длинномерной древесины (на обследованных постройках разница составляет примерно треть века, о чем свидетельствует и предварительная датировка, полученная на основе анализа конструкций проемов).

Достаточно интересен вопрос с внутренней отеской стен молитвенного помещения часовен. Хронологический ареал такого приема в Карелии отнесен ко второй половине XVIII века. Все относительно древние часовни климовских карел имеют неотесанные стены, за исключением часовни в Бирючёво. Но и в ней, по всей видимости, стены были частично отесаны со скруглением в углах только во время реконструкции. При этом весьма необычно в последней часовне решено сопряжение отесанных стен с косяками дверного проема кафоликона. Поскольку косяки несколько выступают над плоскостью стены, при отеске последних был использован прием скругления бревен в местах их сопряжения с косяками проема, аналогичный скруглению при отеске стен в углах (рис. 12).

В противоположность карельским во всех русских часовнях стены изнутри отесаны. Таким образом, сохранение неотесанных стен в интерьере молитвенного помещения является характерным признаком храмостроительства климовских карел, что лишний раз подчеркивает повышенный традиционализм их культуры.

У всех рассмотренных кладбищенских часовен молитвенное помещение освещается двумя окнами, симметрично расположенными на северной и южной стенах. Исторически такому стремлению к упорядочению архитектурной формы предшествовало смещение оконных проемов к восточной стене для лучшего освещения иконостаса [24]. Поскольку у климовских карел не было выявлено древних часовен со смещенными окнами, можно предположить, что переход к симметричному расположению оконных проемов в срубе произошел еще на племенной территории корелы или осуществлялся на момент переселения.

Архитектурная реакция на угрозу ассимиляции у климовских карел на рубеже нового и новейшего времени особенно ярко проявилась в архаизации приемов храмостроительства. Так, явно поздняя часовня в деревне Толсть при детальном осмотре наряду с относительно новыми конструктивными приемами (двухчастная сегментарная подтеска стен в местах сопряжения с косяками дверного проема; позднее решетчатое дверное полотно; трехкосящатая колода дверного проема с сопряжением косяков вверху «в ус» без гребня и заплечиков, внизу – прямо; развитая трехсторонняя галерея) демонстрирует архаичные черты: почти квадратное в плане крошечное молитвенное помещение (2,6 х 2,7 м) (см. рис. 7б), пологая крыша и единственное южное бескосящатое оконце, смещенное к восточной стене молитвенного помещения (такое смещение окон в часовнях Карелии соответствует наиболее раннему и завершающему этапам их эволюции).

На основании проведенного сравнительного анализа автор предлагает следующую датировку часовен климовских карел: Бирючёво – конец XVII – первая половина XVIII века; Коростелёво – первая половина XVIII века; Моклаково – середина XVIII века; Толсть – вторая половина XIX века.

Итак, скорее всего, карелы во второй половине XVII века пришли на тихвинские земли с уже сложившимися традициями храмостроительства, что во многом предопределило близкое к синхронному развитие безалтарных храмов климовских карел и аналогичных построек на территории Карелии. Но на основании ряда нюансных архитектурно-конструктивных особенностей можно предположить, что на территории современной Климовской волости в результате взаимодействия с русскими соседями сформировалась своя достаточно локализованная храмостроительная «школа». Впрочем, из-за недостаточности статистических данных последнее предположение нуждается в дополнительной проверке в процессе сплошного обследования сохранившихся традиционных культовых построек на сопредельных территориях.

1. Основные этноархитектурные исследования часовен: Орфинский В. П. Культовое зодчество Сегозерья // Деревня Юккогуба и ее округа. Петрозаводск, 2001. С. 92–123; Орфинский В. П. Часовни в традиционной культуре карел // Народное зодчество: Межвуз. сб. Петрозаводск, 2004. С. 75–125; Орфинский В. П. Народное храмостроительство // История и культура Сямозерья. Петрозаводск (в печати).

2. Головкин К. Г. Деревянные часовни Русского Севера. М., 2005.

3. Фишман О. М. Жизнь по вере: тихвинские карелы-старообрядцы. М., 2003. С. 19.

4. Фишман О. М. Жизнь по вере… С. 115.

5. Фишман О. М. Жизнь по вере… С. 170.

6. Фишман О. М. Жизнь по вере… С. 115–116.

7. Архив СПб НИИ «Спецпроектреставрация». Бокситогорский район Ленинградской области. Инвентаризация и разработка предложений по сохранению и использованию памятников истории и культуры. Раздел II. Историко-архивные исследования, инвентаризация памятников и натурное обследование района. Том. VII. Арх. № 2522. Обмеры: арх. №№ 16155, 16189, 16258, 16165, 16167, 16166, 16187, 16174, 15157, 16257, 16256.

8. Архив Ленинградского филиала института «Спецпроектреставрация»… Том. VII. Арх. № 2522 С. 113–114, С. 139, С. 87–88, С. 245–246, С. 232–233, С. 105.

9. Ершов В. П. Доска для иконы // Свое и чужое в культуре народов Европейского Севера (Материалы III Международной научной конференции). Петрозаводск, 2001. С. 48; Он же. Спасы-прародители // Деревня Юккогуба и ее округа. Петрозаводск, 2001. С. 340; Он же. Ель – дерево мертвых // Локальные традиции в народной культуре Русского Севера (материалы IV Международной научной конференции «Рябининские чтения – 2003»). Петрозаводск, 2003. С. 386.

Читайте так же:  Часовня в даниловом монастыре

10. Фишман О. М. Жизнь по вере… С. 24–25.

11. Орфинский В. П. Деревянное зодчество Карелии. Генезис, эволюция, национальные особенности: дис. на соиск. уч. ст. доктора архитектуры. Т. I. М., 1975. С. 284–286.

12. Орфинский В. П. Часовни в традиционной культуре карел… С. 108.

13. Обследование часовен южных вепсов Бокситогорского района Ленинградской области проведено автором под руководством В. П. Орфинского в 2002 году во время экспедиции ПетрГУ по проекту № ЭО281 «По следам древних вепсов (комплексное экспедиционное историко-культурное исследование)», ФЦП «Интеграция».

14. Яскеляйнен А. Т. К вопросу о датировке и эволюции часовни Петра и Павла на Волкострове // Проблемы исследования, реставрации и использования архитектурного наследия Российского Севера. Петрозаводск, 1991. С. 124–130.

15. Кутькова Г. А. Культовые постройки деревни Вороний Остров в Заонежье // Народное зодчество. Петрозаводск, 1998. С. 159–165.

16. Орфинский В. П., Яскеляйнен А. Т. Хронологическая атрибуция сооружений народного деревянного культового зодчества // Орфинский В. П., Гришина И. Е. Типология деревянного культового зодчества Русского Севе­ра. Петрозаводск, 2004. С. 223–229.

17. О несинхронности подробнее см.: Орфинский В. П., Гришина И. Е. Элементы цикличности в развитии народного деревянного зодчества // Народное зодчество. Межвуз. сб. Петрозаводск, 1999. С. 23–37; Орфинский В. П. Несинхронность эволюционных преобразований как ключ к расшифровке этнической специфики деревянного зодчества Карелии // «Свое» и «чужое» в культуре народов Европейского Севера. Петрозаводск, 2001. С. 13.

18. Полностью архитектурно-археологическая шкала для датировки часовен и церквей Карелии приведена в: Орфинский В. П., Яскеляйнен А. Т. Хронологическаяатрибуциясооруженийнародногодеревянногокультовогозодчества // Орфинский В. П., Гришина И. Е. Типология деревянного культового зодчества Русского Севера. Петрозаводск, 2004. С. 223–229.

19. По мнению известного реставратора памятников деревянного зодчества А. В. Попова, неоднократно фиксировавшего такое единовременное применение разных конструктивных приемов, оно могло быть вызвано участием в работе по «обкосячке» разных мастеров.

20. Pettersson L . Aanisniemen kirkollinen puuarkkitehtuuri. Helsinki , 1950. S . 230.

21. Гришина И. Е. Архитектурный декор // Деревня Юккогуба и ее округа. Петрозаводск, 2001. С. 164–165.

22. Pettersson L . Aanisniemen … S . 231.

23. Орфинский В. П., Яскеляйнен А. Т. Хронологическая атрибуция… С. 225, п. 13.1.

24. Орфинский В. П. Культовое зодчество Сегозерья… С. 118; Орфинский В. П., Гришина И. Е. Типология… С. 138, Р:ДП8/-(1) – ДП8/-(2).

Все материалы библиотеки охраняются авторским правом и являются интеллектуальной собственностью их авторов.

Все материалы библиотеки получены из общедоступных источников либо непосредственно от их авторов.

Размещение материалов в библиотеке является их цитированием в целях обеспечения сохранности и доступности научной информации, а не перепечаткой либо воспроизведением в какой-либо иной форме.

Любое использование материалов библиотеки без ссылки на их авторов, источники и библиотеку запрещено.

Запрещено использование материалов библиотеки в коммерческих целях.

Учредитель и хранитель библиотеки «РусАрх»,

Церкви сел Мучкап и Коростелево в материалах архивов Санкт-Петербурга.

В архивах Санкт-Петербурга в фондах дел по Канцелярии Синода в РГИА (Ф. 796) найдены упоминания о церквах Мучкапа и Коростелева. Единственный обнаруженный на сегодняшний момент источник, проливающий свет на историю церковного строительства в Тамбовской епархии – это формуляры на сельские церкви по указанным населенным пунктам на 1909-1915 гг. Для всех интересующихся историей Мучкапской земли, привожу их содержание:

Ведомость о приходе церкви села Мучкап Борисоглебского уезда Тамбовской епархии //РГИА, Ф. 796, оп. 440, № 650, л. 109-166.

В селе Мучкап 2 каменных церкви, причт двухклировый . Название главной приходской церкви – Крестовоздвиженская , приписная – Покровская. Жалованья из казны священникам нет. Пахотной земли 1451/2 дес ., некоторыми членами причта обрабатывается самими, некоторыми сдается в аренду. 2 церковно-приходских школы, 1 земская. Сумма церковного капитала – 400 руб.

Подпись: Священник Николай Безобразов.

Ведомость о приходе церкви села Мучкап Борисоглебского уезда Тамбовской епархии //РГИА, Ф. 796, оп. 440, № 651, л. 27-243.

В селе Мучкап 2 каменных храма, 2 часовни, причт четырехклировый . Название главной приходской церкви – Крестовоздвиженская , священник Петр Благонадеждин . Пахотной земли 145 дес ., сенокосной – 3 дес ., частию отдается в аренду, частию обрабатывается самими. 2 церковно-приходских школы, 1 земская. Сумма капитала Крестовоздвиженской церкви – 6161 руб. и Покровской церкви – 1175 руб.

Подпись: Петр Благонадеждин , священник; Петр Осалев (?), священник; Иоанн Богословский, священник; Григорий Христорождественский , священник; диакон Михаил Лебедев, дьякон Павел Фиделин, псаломщик Аркадий Бобров, псаломщик Иван Смирнов, псаломщик Василий Рел (?) ский .

Ведомость о приходе церкви села Мучкап Борисоглебского уезда Тамбовской епархии //РГИА, Ф. 796, оп. 440, № 651, л. 105-164.

В селе Мучкап 2 каменных церкви, причт четырехклировый . Название главной приходской церкви – Крестовоздвиженская . Пахотной земли 1451/2 дес . Церковно-приходского попечительства нет. Израсходовано на школу 125 руб. 2 церковно-приходских школы, 1 земская. Сумма церковного капитала – 600 руб.

Подпись: Священник Николай Безобразов, диакон Павел Фиделин.

Ведомость о приходе церкви села Мучкап Борисоглебского уезда Тамбовской епархии //РГИА, Ф. 796, оп. 440, № 651, л. 107-162.

В селе Мучкап 2 каменных церкви, два двухклирных причта. Название главной приходской церкви – Крестовоздвиженская , 1813 года постройки. Вторая церковь – 1901 года постройки. Руга – 50 руб., пахотной земли 148 дес ., обрабатывается собственными средствами, сдается исполу и за деньги. Церковно-приходского попечительство есть, сумма основного его капитала – 120 руб. 2 церковно-приходских школы, 1 земская. Сумма церковного капитала – 956 руб.

Подпись: Священник села Мучкап, Николай Безобразов, диакон Михаил Лебедев, псаломщик Иван Смирнов, псаломщик Григорий Калертов (?).

Ведомость о приходе церкви села Мучкап Борисоглебского уезда Тамбовской епархии //РГИА, Ф. 796, оп. 440, № 652, л. 68-241.

В селе Мучкап 2 каменных церкви, причт четырехклирный . Название главной приходской церкви – Крестовоздвиженская . Пахотной земли 1451/2 дес ., 11/2 сенокосной, обрабатывается собственными средствами. Израсходовано на школу 250 руб. 2 церковно-приходских школы, 1 земская. Сумма церковного капитала – 441 руб. 30 коп.

Подпись: Благочинный, священник Николай Безобразов.

Ведомость о приходе церкви села Мучкап Борисоглебского уезда Тамбовской епархии //РГИА, Ф. 796, оп. 440, № 652, л. 115-194.

В селе Мучкап 2 каменных церкви, причт четырехклирный . Название главной приходской церкви – Крестовоздвиженская . Израсходовано на благоукрашение храма 700 руб. 2 церковно-приходских школы и 2 земских. Сумма церковного капитала – 700 руб.

Подпись: священник Николай Безобразов.

Статистические ведомости о приходах Тамбовской епархии. Город Борисоглебск и уезд //РГИА, Ф. 796, оп.440, № 649-553.

Ведомость о приходе Николаевской церкви села Коростелева Борисоглебского уезда Тамбовской епархии за 1909 год //РГИА, Ф. 796, оп. 440, № 649, л. 10-15.

В селе Коростелево 1 деревянная церковь и 1 деревянная часовня, причт одноклировый , без дьякона Пахотной земли по плану 47 дес ., 2100 кв. саж., по клировым ведомостям 46 дес . (NB: В натуре менее), сумма основного капитала церковно-приходского попечительства 993/4 руб., израсходовано на благоустроение храма 1632 руб. 1 земская школа, сумма церковного капитала 1436 руб. 51 коп.

Подписи: Священник Димитрий Иванов Лукин, псаломщик Семен Данилов, Благочинный Священник Николай Безобразов.

Ведомость о приходе Николаевской церкви села Коростелева Борисоглебского уезда Тамбовской епархии за 1910 год //РГИА, Ф. 796, оп. 440, № 649, л. 21-38.

В селе Коростелево 1 деревянная церковь и 1 каменная часовня, причт одноклировый , без дьякона, жалованья от казны не получают. Николаевская церковь – 1852 года постройки, часовня – 1910 года постройки. Руга – на 12 руб. Пахотной земли 46 дес ., 2000 кв. саж. 1 земская школа. Сумма церковного капитала 1436 руб. 51 коп.

Подписи: Священник Дмитрий Иванов Лукин, псаломщик Семен Данилов.

Ведомость о приходе Николаевской церкви села Коростелева Борисоглебского уезда Тамбовской епархии за 1911 год //РГИА, Ф. 796, оп. 440, № 649, л. 42-43.

В селе Коростелево 1 деревянная церковь и 1 каменная часовня, причт одноклировый , без дьякона. Николаевская церковь – 1852 года постройки, часовня – 1910 года постройки. Пахотной земли 47 дес ., 2100 кв. саж. Земля сдается в аренду, исполу, и обрабатывается собственными средствами. Сумма основного капитала церковно-приходского попечительства 84 руб. 90 коп. 1 земская школа. Сумма церковного капитала 1436 руб. 51 коп.

Ведомость о приходе Николаевской церкви села Коростелева Борисоглебского уезда Тамбовской епархии //РГИА, Ф. 796, оп. 440, № 650, л. 110-165.

В селе Коростелево 1 деревянная церковь, причт одноклировый , без дьякона. Николаевская церковь – 1852 года постройки. Пахотной земли 47 дес . обрабатывается собственными средствами причта. 2 земских школы. Сумма церковного капитала 1599 руб. 89 коп.

Подписи: Священник Александр Поспелов, псаломщик Семен Данилов.

Ведомость о приходе Николаевской церкви села Коростелева Борисоглебского уезда Тамбовской епархии //РГИА, Ф. 796, оп. 440, № 651, л. 28-242.

В селе Коростелево 1 деревянная церковь, причт одноклировый . Николаевская церковь – построена в1852 году. Пахотной земли 48 дес . обрабатывается собственными средствами причта. 1 земская школа.

Ведомость о приходе Николаевской церкви села Коростелева Борисоглебского уезда Тамбовской епархии //РГИА, Ф. 796, оп. 440, № 651, л. 104-165.

В селе Коростелево 1 деревянная церковь, 1 каменная часовня, причт одноклировый . 47 дес . и 2100 кв. саж. пахотной земли. Относительно пользования церковной землею практикуются все три означенные средства: аренда, исполу, и собственными средствами. 1 земская школа. Сумма церковного капитала 1599 руб. 89 коп.

Ведомость о приходе Николаевской церкви села Коростелева Борисоглебского уезда Тамбовской епархии //РГИА, Ф. 796, оп. 440, № 651, л. 108-161.

В селе Коростелево 1 деревянная церковь, причт одноклировый . Никольская церковь – 1852 года постройки. 47 дес . и 2100 кв. саж. пахотной земли. Относительно пользования церковной землею практикуются все три означенные средства: аренда, исполу, и собственными средствами. Сумма основного капитала церковно-приходского попечительства 84 руб. 1 земская школа. Сумма церковного капитала 1466 руб. 78 коп.

Подписи: Священник Димитрий Лукин, псаломщик Семен Данилов.

Часовня-памятник памяти Венценосных Мучеников в г. Харбине.
Харбин: Дом Милосердия, 1936
(переиздание с предисловием Караулова А. К., Коростелева В. В.)

// Русская Атлантида. Челябинск, 2004, № 12. С. 19—37.

© Караулов А. К., 2004.

© Коростелев В. В., 2004.

Коммерческое использование и распространение в печатном виде, а также размещение в электронных библиотеках и изданиях без разрешения правообладателя недопустимы.

При цитировании и ссылках на данную публикацию указывать:

Архиепископ Нестор. Часовня-памятник памяти Венценосных Мучеников в г. Харбине. Харбин: Дом Милосердия, 1936 (переиздание с предисловием Караулова А. К., Коростелева В.В.) // Русская Атлантида. Челябинск, 2004, № 12. С. 19—37. ( http://atlasch.narod.ru/ )

Елей русского покаяния и скорби

(Предисловие к публикации брошюры архиепископа Нестора «Часовня-памятник памяти Венценосных Мучеников в г. Харбине»)

Словами, вынесенными в название нашего предисловия, архиепископ (впоследствии митрополит) Нестор (Анисимов) назвал построенную в Харбине в 1936 г. по его инициативе и под его руководством Часовню-Памятник Венценосным Мученикам российским и убиенному королю Югославии Александру I Карагеоргиевичу. В то время она была первым и единственным сооружением такого рода в мире. Часовня действовала полноценно, в соответствии с мемориальным и богослужебным ее предназначением, всего около десяти лет. С утверждением коммунистической власти в Китае некоторые изображения и надписи в Часовне пришлось удалить, а с массовым разъездом русских эмигрантов из Китая в середине 1950-х годов она стала постепенно приходить в упадок и в период «культурной революции» была разрушена. Сейчас на ее месте стоит семиэтажный жилой дом.

Тем ценнее отыскавшаяся в недрах Хабаровского Краевого Госархива брошюра, в которой сам строитель Часовни дает подробное описание ее внешнего вида и внутреннего убранства, рассказывает историю ее возведения и освящения и, главное, излагает духовные побуждения, лежавшие в основе этого уникального строительного замысла. Сейчас отчетливо видно, что молитвенные настроения, владевшее владыкой Нестором и его единомышленниками в середине 1930-х годов, дали первый толчок сложному, долгому и подчас извилистому пути, который в наши дни торжественно завершился прославлением Венценосных Мучеников российских в Лике Святых. Таким образом, Харбин, харбинцы и все люди, упомянутые в брошюре владыки Нестора как его сотрудники в деле сооружения Часовни, могли бы сегодня с полным основанием считать себя причастными к состоявшейся канонизации.

Брошюра архиепископа Нестора состоит из основной части, краткого финансового отчета и двух списков лиц, содействовавших строительству. Она увидела свет 16 мая 1936 г., накануне дня торжественного освящения Часовни-Памятника. Изданная ограниченным тиражом в 350 экземпляров, брошюра эта сразу же после опубликования стала библиографической редкостью.

Готовя ее к переизданию, мы ставили перед собой следующие цели: привести текст в соответствие с нормами современной орфографии; исправить очевидные опечатки и типографские огрехи; дать в предисловии и примечаниях к тексту, по возможности, краткие биографические справки о лицах, упомянутых в брошюре, без чего текст может оказаться маловразумительным для современного читателя. При этом было найдено компромиссное решение — дать краткие биографические данные только по основным лицам, фигурирующим в тексте и списке почетных членов строительного комитета, а сведения о лицах, приведенных во втором списке — поместить обобщенно в предисловии. Иначе объем издания превысил бы все разумные пределы.

Не представляются излишними подобранные нами фотоиллюстрации в оригинале брошюры отсутствующие. По издательским соображениям подстрочные примечания автора перенесены в основной текст, заключены в квадратные скобки и даны курсивом.

То, что инициатором строительства часовни-памятника стал именно архиепископ Нестор, нельзя счесть случайным. В 1910-1911 гг. будущий Владыка, являясь еще молодым иеромонахом, несущим тяжкое бремя миссионерского служения на Камчатке, дважды приезжал с докладом в Петербург. Во время этих посещений столицы он удостаивался аудиенций у Государя Императора и Государыни Императрицы, где подробно излагал нужды Камчатского края, просил помощи в устранении препятствий к дальнейшему развертыванию там миссионерской деятельности, а также в создании задуманного им Камчатского Братства.

14 сентября 1910 года, при решающем содействии Св. Государя Императора Николая Александровича и Вдовствующей Императрицы Марии Федоровны, во Владивостоке было открыто Благотворительное Камчатское Братство, а вскоре его отделения в Санкт-Петербурге, Москве, Киеве и других городах Российской империи. В предреволюционные годы на средства, пожертвованные Братству, на Камчатке были построены десятки церквей, часовен, школ, приютов, больниц, лепрозориев и амбулаторий.

Действенную материальную помощь Братству оказывала царская семья. Были подарены церковь, утварь, денежные средства, даны льготы по перевозке грузов. Трогательную заботу проявляли Свв. Императрица Александра Феодоровна и ее дочери Ольга, Татиана, Мария и Анастасия, связавшие своими руками несколько шерстяных платьев для взрослых и детей Камчатки. По высочайшему повелению официальным Покровителем Братства с 1911 г. стал Св. Цесаревич Алексей Николаевич. Об этой царской милости владыка Нестор помнил всю свою жизнь и пытался отплатить добром за добро.

После революций владыка Нестор был в числе тех нескольких Иерархов Церкви, которые не смогли смириться с насильственным отречением, арестом и ссылкой Государя и членов Его семьи. В конце 1917 — начале 1918 гг. епископ Нестор стал идейным вдохновителем и организатором единственной непритворной попытки спасения Царской семьи. На сей счет в последние годы появились убедительные документальные подтверждения. Попытка оказалась неудачной, поскольку в сложную цепь этой хорошо задуманной операции прокрался провокатор. Сам Владыка в своих воспоминаниях об этом никогда не писал, а в частных беседах ограничивался лаконичным: «Было — не получилось».

В начале сентября 1918 г. по благословению Св. Патриарха Тихона владыка Нестор выехал из Москвы, где он участвовал в заседаниях Поместного собора. Только через пять месяцев, через Киев и Одессу, ему с большим трудом удалось добраться в Крым. Там находились пережившие трудные времена и чудом оставшиеся в живых некоторые члены Императорской фамилии и близкие к ним люди: Вдовствующая Императрица Мария Феодоровна и ее дочери Ксения Александровна с мужем Александром Михайловичем и шестью детьми (Андреем, Никитой, Ростиславом, Федором, Дмитрием, Василием) и Ольга Александровна с мужем полковником Н. А. Куликовским и маленьким сыном Тихоном. Был там и Великий князь Николай Николаевич с супругой Анастасией Николаевной, а также князь Петр Николаевич с супругой Милицей Николаевной и детьми Романом и Мариной. Около трех месяцев епископ Нестор был духовником Вдовствующей Императрицы, Великого князя и их близких. Вместе с ними на английском крейсере «Мальборо» ему удалось, буквально за несколько часов до занятия Крыма красными, отплыть в Константинополь.

Не оставлял владыка Нестор своего духовного попечения Семьи Романовых и в последующий период. В 30-е годы, во время поездок из Харбина в Европу, Владыка Нестор встречался со многими представителями поверженного Дома Романовых, испытывавших в те годы немалые житейские трудности. Сердечно принимали Владыку Великая Княгиня Ксения Александровна (сестра Государя Мученика) и ее сын Князь Никита Александрович, Великий Князь Кирилл Владимирович, Великая Княгиня Мария Павловна и другие.

В дореволюционные годы деятельно помогала Камчатскому Братству Св. Преподобномученица Великая Княгиня Елисавета Феодоровна (сестра Государыни Александры Феодоровны, вдова убитого революционерами Великого князя Сергея Александровича). Как знак высокого доверия следует рассматривать ее решение пригласить находившегося проездом в Москве молодого камчатского миссионера о. Нестора для участия в освящении одного из храмов руководимой ею Марфо-Мариинской Обители. Это событие запечатлено на нескольких сохранившихся фотоснимках.

В ночь на 18 февраля 1918 г. епископ Нестор был арестован большевиками за написание разоблачительной брошюры «Расстрел Московского Кремля». Не скрывая тревоги, Елисавета Феодоровна постоянно интересовалось судьбой арестованного Владыки. 12/25 марта 1918 г. в ее присутствии в Покровском соборе Марфо-Мариинской Обители был отслужен молебен «об освобождении от уз» епископа Нестора.

Всем известна трагическая судьба Преподобномученицы Елисаветы Феодоровны и других Алапаевских Мучеников, зверски убитых 5 (18) июля 1918 г. Летом 1919 г. тела мучеников были перевезены в Читинский Богородицкий женский монастырь.

Опубликовано свидетельство (Монахиня Сергия (Клименко). Минувшее развертывает свиток … // Благо. 1998. С.109-110), которое верующие люди рассматривают как чудесное проявление Провидения Божьего. Осенью 1919 г. или в самом начале 1920 г. владыка Нестор находился в Чите, где совершил литургию в соборе Богородицкого монастыря. Сведения о том, что в этом храме под спудом, погребены тела Алапаевских Мучеников, держались в глубокой тайне. Даже владыке Нестору об этом сразу не сообщили. Во время совершения Малого входа, как и полагается по Чинопоследованию Божественной Литургии, все священнослужители вышли из алтаря на середину храма с Евангелием, свечами, дикирием, трикирием, рипидами. Епископ Нестор стоял посредине храма на приготовленном для него возвышении. В это время Владыка увидел, как из левого придела, живая, выходит Елисавета Феодоровна, молится пред алтарем и подходит к нему. Он ее благословляет. Все переглядываются. Кого он благословляет? Пустое место? Никто ничего не видит. «Владыка, Малый вход!» Но владыка Нестор никого не слышит. Радостный, сияющий, он входит в алтарь. В конце обедни говорит настоятелю: «Что же ты скрываешь? Елисавета Феодоровна жива! Все неправда!» Тогда настоятель заплакал: «Какой там жива! Она лежит под спудом. Там восемь гробов». Но Владыка не верит: «Я видел ее живую. «. Это чудесное явление глубоко поразило Владыку. До 1945 г. он на Соборной площади Харбина, привселюдно, а после — тайно совершал ежегодно 17 июля панихиду по убиенной в Екатеринбурге Царской Семье и Алапаевским Мученикам. В 1948 г. это обстоятельство, как и сам факт строительство Часовни-Памятника, послужили, среди прочего, основанием для обвинения владыки Нестора в антисоветской деятельности и заключения его в сталинские лагеря.

Югославский король Александр почти не известен русскому читателю. Имя его долгие годы, даже в самой Югославии, замалчивалось, а значение его благородной деятельности умышленно приуменьшалось.

Его Королевское Величество Александр I Карагеоргиевич родился 16 декабря 1888 г. Крестник Императора Александра III Миротворца, названный сын Царя Мученика Николая II. Он был воспитанником Петербургского Пажеского корпуса, как русский говорил по-русски и любил Россию. Во время балканских освободительных войн командовал армией сербов, а в Первой мировой войне был Главнокомандующим сербской армии. С 1921 г. — король Королевства сербов, хорватов и словенцев (с 1929 г. Королевство Югославия), прозванный за мудрую внутреннюю политику «Объединителем».

Октябрьскую революцию и исход многих достойных людей России в эмиграцию король Александр воспринял как личную трагедию. Благодаря его усилиям десятки тысяч русских беженцев получили не только приют в королевстве, но и были приравнены в правах к югославским гражданам. Русские офицеры принимались в армию, казаки, — в пограничную стражу, инженеры приглашались для работы в промышленности и строительстве. Были созданы десятки русских школ и кадетский корпус. Много выходцев из России окончили Белградский университет, среди преподавателей которого также были наши соотечественники. Ежегодно проводились Дни русской культуры, проходили выставки русских художников, съезды писателей, издавались русские газеты. В Сремских Карловцах получил убежище Заграничный Синод Русской Православной церкви, ставший на многие годы Духовным Центром всей русской эмиграции. В этой благородной деятельности королю активно помогали премьер-министр Никола Пашич и Сербские Патриархи Димитрий и его преемник Варнава.

В 1934 году король Александр отправился во Францию для заключения договора о союзе. 9 октября 1934 г. вместе с министром иностранных дел Франции Л. Барту он был убит в г. Марселе агентами хорватской националистической организации (усташами).

Убийство короля Александра глубоко потрясло российскую эмиграцию. Многие находили явные параллели между трагическими судьбами короля Александра и его названного отца — Императора Всероссийского Николая II. Именно тогда у владыки Нестора родилась мысль о необходимости совместного почитания Венценосных мучеников и строительства Часовни-Памятника в Харбине.

Эту идею поддержал Н. К. Рерих, также глубоко почитавший Императора Николая II и Короля Александра. Он стал автором первого проекта часовни. Проект, однако, не был осуществлен и не сохранился. Дадим краткое пояснение причин этого.

Н. К. Рерих прибыл в Харбин в конце мая 1934 г. и был восторженно принят всеми слоями харбинского общества. Попали под обаяние личности Николая Константиновича и харбинские иерархи. Был запланирован ряд начинаний с участием Н. К. Рериха, которым, однако, не суждено было сбыться.

В середине ноября 1934 г. началась массированная атака на Рериха харбинских газет «Харбинское Время», «Возрождение Азии» и «Наш Путь». В его адрес выдвигались тяжкие обвинения в деятельности, противоречащей учению Православной Церкви. Газетная кампания продолжалась (с перерывами) до середины 1935 г., а отголоски ее ощущались даже в конце 1938 г.

Не будем судить о достоверности этих обвинений, о которых до настоящего времени существуют полярные точки зрения и идут жаркие споры. Так или иначе, но с конца 1934 г. — начала 1935 г. большинство харбинцев отшатнулось от Рериха, в том числе и архиереи. О строительстве часовни по проекту Н. К. Рериха не могло быть и речи. Разработка проекта была поручена харбинскому епархиальному архитектору М. М. Осколкову.

Строительство Часовни-Памятника осуществлялось небывало высокими темпами. Всего несколько месяцев оказалось достаточным, чтобы всколыхнуть российскую эмиграцию во всех странах рассеяния и сформировать Строительный Комитет. Душой всего предприятия был архиепископ Нестор. Именно благодаря его авторитету, энергии и настойчивости почетными членами Строительного Комитета согласились стать выдающиеся деятели эмиграции, откликнулись меценаты и многие жертвователи, проживавшие в Маньчжурии, Китае, Югославии, Чехословакии, Англии, Франции, Германии, Японии и США.

Как следует из приведенного в брошюре финансового отчета, на строительство часовни было собрана и израсходована сравнительно небольшая сумма — чуть более шести тысяч гоби. Из таблицы видно, что денежные средства были истрачены главным образом на строительные материалы, оборудование и оплату наемных рабочих. Основные работы по проектированию, а также внутреннему и наружному оформлению часовни выполнялись безвозмездно.

Однако заслуга владыки Нестора в строительстве Часовни-Памятника была не только и не столько в том, что были собраны необходимые средства. Ему удалось объединить в едином порыве очень разных людей, представлявших самые различные слои погрязшей в распрях русской эмиграции. Вокруг благородной идеи собрались люди, которые в повседневной жизни были не только друзьями, единомышленниками или союзниками, но и являлись подчас соперниками, противниками и даже врагами.

Основными жертвователями были тысячи безымянных простых людей, внесших свою трудовую копейку на благое дело во время тарелочных сборов в церквах и на специальных собраниях.

Поражают приведенные в брошюре списки почетных и рядовых членов Строительного Комитета, а также всех тех, кто оказал ценную помощь делу построения Памятника-Часовни. Среди них царствующие особы, политические деятели, военные, представители высшей аристократии, дворянства, казачества, купечества, мещанства и крестьянства. Вместе с тем, весьма показательным является отсутствие в списках представителей нераскаявшихся левой и либеральной частей эмиграции.

Разнообразен и национальный состав жертвователей и благотворителей. Среди них великороссы, белорусы, украинцы, армяне, грузины, немцы, швейцарцы, поляки, сербы, чехи, евреи, греки, татары, китайцы, корейцы и японцы.

Читайте так же:  Часовни новосибирской области

Активную поддержку начинанию оказали лидеры русской эмиграции на Дальнем Востоке Николай Львович Гондатти, атаман Григорий Михайлович Семенов, генералы Алексей Проклович Бакшеев и Вениамин Вениаминович Рычков.

Политические деятели и дипломаты представлены в списке именами: доктора Карела Петровича Крамаржа — «отца русской эмиграции», бывшего в 1918-1919 гг. главой правительства Чехословакии; Корэкиё Такахаси — министра финансов Японии, экс-премьер-министра «Страны Восходящего Солнца»; Василия Николаевича Штрандмана — благодетеля эмиграции, бывшего русского посланника в Югославии; Алексея Александровича Татаринова — французского консула в Циндао, бывшего военного атташе России в Пекине.

Список в изобилии содержит имена высоких иерархов, клириков и мирян, принадлежавших к разным ветвям Русского Православия, (в ХХ веке, увы, расколотого по Божьему попущению), а также Сербской Православной Церкви.

Наиболее полно представлен Зарубежный Синод в лице Первоиерарха митрополита Антония (Храповицкого) и его преемника митрополита Анастасия (Грибановского), Членов Синода владык Гермогена (Максимова), Феофана (Гаврилова), Тихона (Лященко), Виталия (Максименко), а также всех архиереев, находившихся в Китае и Маньчжурии — Мелетия (Заборовского), Нестора (Анисимова), Виктора (Святина), Иоанна (Максимовича), Димитрия (Вознесенского) и Ювеналия (Килина).

Представлена Американская Православная Церковь в лице ее Главы митрополита Феофила (Пашковского) и даже Московская Патриархия — в особе признававшего ее юрисдикцию митрополита Японского Сергия (Тихомирова).

Способствовали строительству часовни многие лица, входившие в состав близкого окружения митрополита Антония. Среди них митрополичий келейник архимандрит Феодосий (Мельник), влиятельнейшие граф Юрий Павлович Граббе (позже протопресвитер, а с 1979 г. епископ с именем Григорий) и Николай Павлович Рклицкий (позже архиепископ Никон), первый настоятель Св.-Троицкого собора в Белграде протоиерей о. Петр Беловидов, известный православный писатель Владислав Альбинович Маевский и другие.

Особенно примечательно наличие в списке имени студента Белградского Университета Владимира Михайловича Родзянко, также близкого к окружению митрополита Антония. Это внук последнего председателя Государственной Думы, в 1917 г. столь много «посодействовавшего» принятию Государем решения об отречении от престола, а затем искренне сожалевшего об этом. Владыка Нестор лично знал и благословлял благие начинания Владимира Михайловича по сохранению единства Церкви и был даже крестным отцом его сына. Живя в Англии и приняв священнический сан, В. М. Родзянко получил широчайшую известность как многолетний ведущий религиозных передач на волнах русской редакции радиостанции «Би-Би-Си». Позже принял монашество с именем Василий. Скончался в сане епископа.

Вошли в состав Почетных членов Строительного Комитета и выдающиеся представители Сербской Православной Церкви: покровитель, защитник и благодетель русской эмиграции Святейший Патриарх Варнава (Росич) и его «правая рука» митрополит Иосиф (Цвийович), а также исповедники митрополит Досифей (Васич) и епископ Николай (Велимирович), причисленные недавно к Лику Святых.

Важным, с точки зрения их высокого научного и нравственного авторитета, было участие в деле строительства Часовни-Памятника интеллигенции. Это профессора харбинских высших учебных заведений Г. К. Гинс, К. И. Зайцев, Н. И. Никифоров, Н. Е. Эсперов и видные школьные педагоги: Владимир Михайлович Анастасьев, директор Харбинской женской гимназии М. А. Оксаковской, инспектор Департамента народного просвещения; Василий Савельевич Фролов, директор харбинской гимназии им. Ф. М. Достоевского, а позднее гимназии в Дайрене. Не остались в стороне наиболее уважаемые в Харбине медики — Николай Павлович Голубев, Самуил Исаакович Тарновский, Всеволод Владимирович Кожевников, К. С. Оглоблина, Н. Ф. и П. Ф. Орловы, В. К. Степанек, А. И. Сунгуров и др.

Помогали и известные харбинские благотворительницы — княгиня Л. В. Голицина и наместница Богородице-Владимирской обители игумения Руфина (Кокорева).

Существенным в процессе строительства Часовни-Памятника был финансовый вклад в общее дело самых состоятельных представителей деловых кругов Харбина и русской колонии в Китае.

Прежде всего это видные промышленники, предприниматели, администраторы и банкиры: Дмитрий Матвеевич Воронцов с супругой Екатериной Петровной и братом Михаилом (кстати, ближайшие соседи владыки Нестора по ул. Батальонной в Модягоу); Иван Васильевич Кулаев, известный русский купец, меценат и создатель знаменитого в эмиграции, поныне действующего, благотворительного «фонда Кулаева», уехавший в конце 20-х годов в США, однако и оттуда продолжавший поддерживать харбинский «Дом Милосердия»; крупнейший предприниматель Семен Федорович Ганин; строительные подрядчики, владельцы харбинских топливных складов Павел Степанович и Флор Степанович Маркизовы; владельцы транспортной фирмы Бринеры: Леонид Юльевич с супругой Еленой Михайловной и Борис Юльевич с супругой Екатериной Ивановной (ур. Корнаковой), бывшей актрисой МХАТа; Семен Леонтьевич и Соломон Леонтьевич Скидельские, наследники капиталов и предприятий крупнейшего предпринимателя Дальнего Востока России и Маньчжурии Леонтия Соломоновича Скидельского (Хайма-Лейбы Шимановича); владелец дровяного склада Петр Гаврилович Державин; крупные домовладельцы Ивлиан Леванович Хаиндров и Евгений Зенонович Комар; бывший председатель Правления Добровольного флота К. В. Компанион; директор фанерного завода фирмы «Лиддел» Михаил Александрович Гинце и другие.

Среди жертвователей представители торгового капитала: чаеторговцы и крупнейшие благотворители Илья Федорович и Ираида Петровна Чистяковы, Елизавета Николаевна Литвинова, вдова известного купца и мецената Семена Васильевича Литвинова; Иван Цхомелидзе (магазин «Цхомелидзе-Микотадзе» на углу улиц Китайской и Саманной, торговавший копченостями и кондитерскими изделиями); Михаил Иванович Шитухин (магазин «Товарооборот» на ул. Мостовой, торговавший валенками, кожанками и тулупами); Н. Г. Ипсиланти (магазин восточных сладостей — халва, буза, баклава); К. Ю. и А. К. Лейтловы (гастрономические магазины на Пристани и в Модягоу — потрясающий вкус знаменитой вареной «лейтловской» колбасы до сих пор не забыли многие бывшие харбинцы); владелец аптек Федор Николаевич Зимин; президент Торговой фирмы «И. Я. Чурин и Ко» Н. А. Касьянов и другие.

Были и коллективные пожертвования, например, от сотрудников фирмы «Лион», полицейских станции Хан-чин-тун, охранников концессии «Кондо» ст. «Яблоня» и др.

Нельзя не упомянуть имена ближайших сотрудников владыки Нестора по «Дому Милосердия», принявших на себя основной груз безвозмездной технической работы по сбору средств, строительству и украшению Часовни — настоятеля Св.-Скорбященской церкви протоиерея о. Иоанна Тростянского, игумена Николая (Гиббса), бывшего воспитателя Цесаревича Алексея Николаевича, а также игумена о. Нафанаила (кн. Львова), иеромонаха о. Мефодия (Савелова-Иогеля), протодиакона о. Петра Задорожного, замечательную иконописицу инокиню Олимпиаду (Болотову), Сергея Григорьевича Жалнина, Кирилла Александровича Караулова.

По-разному сложится дальнейшая судьба этих людей. Некоторые из них вскоре «непостыдно и мирно» покинут этот мир. Остальным, с началом Второй мировой войны, придется пережить разделение на «оборонцев» и «пораженцев». Часть пройдет суровое испытание гитлеровскими или сталинскими лагерями. Некоторые там и погибнут. Часть будет казнена за реальные или мнимые прегрешения перед воюющими державами. Одни будут обесславлены в глазах грядущих поколений, другие — прославлены в Лике Святых.

В 1936 г. брошюра владыки Нестора оказалась в Югославии и была прочитана при дворе следующего монарха, вступившего на югославский престол. В знак признательности за память о его отце Александре Король Петр II Карагеоргиевич пожаловал архиепископу Нестору высшую гражданскую награду Югославии орден Св. Саввы I степени, а автору проекта Часовни-Памятника М. М. Осколкову и руководителю строительства К. А. Караулову орден Св. Саввы II степени. Обладателям первых двух степеней этого ордена жаловалось потомственное югославское дворянство.

Итак, брошюра архиепископа Нестора вновь ожидает своих читателей. При сборе материалов для ее переиздания мы широко пользовались публикациями наших земляков-харбинцев и материалами сети Интернет, одно перечисление которых заняло бы слишком много места. В этой работе мы опирались также на помощь многих бывших земляков и людей живо интересующихся историей русской эмиграции в Маньчжурии.

Глубокая признательность за помощь в сборе материалов воспитаннице «Дома Милосердия» известной иконописице, участвовавшей в росписи Часовни-Памятника, Наталии Сергеевне Якимовой (г. Тула), бывшему иподиакону владыки Нестора в 1944-48 гг., выдающемуся российскому генетику, академику РАМН, д. б. н., проф., Владимиру Ильичу Иванову, за ценные сведения и замечания (г. Москва), Владимиру Владимировичу Шкуркину, предоставившему нам материалы из уникального Дальневосточного архива своего деда П. В. Шкуркина (г. Сан-Пабло, Калифорния, США), настоятелю Свято-Троицкого храма русской православной церкви Московского Патриархата священнику о. Игорю Филяновскому, подарившему нам свою замечательную книгу «Держись мира и сотвори любовь». (Очерки из истории православного миссионерства XIX — нач. XX века) (Мельбурн, Австралия), Леониду Павловичу Маркизову, приславшему нам свою новую книгу «До и после 1945. Глазами очевидца» (г. Сыктывкар), Татьяне Васильевне Пищиковой (г. Калуга), Галине Игнатьевне Кучиной (Суховой) и ее дочери Марине Толмачевой (Мельбурн, Австралия), Татьяне Витальевне Жилевич, приславшей свою уникальную книгу «В память об усопших в земле маньчжурской и харбинцах» (Мельбурн, Австралия), страннице Зое Камчатской (Зоя Дмитриевна Астахова), а также Евгении Карловне Коростелевой (Крупка) (г. Львов).

Огромная благодарность бывшей харбинке Ольге Аникеенко (г. Мельбурн, Австралия), приславшей ксерокопию юбилейного альбома «Дом Милосердия», часть фотографий из которого помещены в настоящем издании. Ее мама Калерия Семеновна Балашова (Дикарева), ныне проживающая в г. Сидней, и тетя Капитолина Семеновна Венглинская (Дикарева) (1919-1999), были воспитанницами «Дома Милосердия» — ученицами матушки Олимпиады (Болотовой). Авторы очень признательны Вике Стаценко, Н. и К. Суворовым (г. Сидней) и Оле Сумароковой (г. Владивосток), оказавшим большую помощь в поиске фотографий. Фотография Иконостаса находится в архиве Н. и К. Суворовых.

Благодарим редакцию журнала «Русская Атлантида» за постоянное внимание и помощь в работе, и, прежде всего, Надежду Глебовну и Глеба Борисовича Разжигаевых.

Отдельного упоминания и благодарности заслуживает известный специалист в области архитектуры Маньчжурии, кандидат архитектуры, доцент Светлана Сергеевна Левошко (г. Хабаровск), разыскавшая в фондах Хабаровского Краевого Госархива публикуемую брошюру владыки Нестора.

А. К. Караулов, В. В. Коростелев, г. Киев

Архиепископ Нестор у входа в Часовню-Памятник Венценосных Мучеников

Архиепископ Нестор в гостях у Великой Княгини Ксении Александровны и князя Никиты Александровича (Великобритания, Виндзор, 1938 г.) На месте снесенной Часовни-Памятника построен семиэтажный жилой дом (на фотографии справа) (Фото Н. Н. Заика)

Иконостас Часовни-Памятника Венценосных Мучеников

История построения часовни-памятника Венценосных Мучеников.

Пустынный и дикий край бассейна реки Сунгари и прилегающих местностей, в котором бродили только дикие племена охотников дикарей, оживился и развился лишь тогда, когда державной волей Русского Государя в этот край были двинуты энергичные и талантливые русские силы, когда на девственные просторы первобытной страны были пролиты потоки русского золота, русского пота и русской крови.

Важное и значительное звено Великого Сибирского Пути легло именно по лицу Маньчжурской страны. И Державным Хозяином Русской земли тогда, когда совершилось это великое дело, был Государь Император Николай II Александрович. Вот первая духовная нить, связующая Харбин и Маньчжурию со светлым именем Мученика Государя.

Потом, когда после страшной бури революции тяжкие страдания выпали на долю всего русского народа, как оставшегося в пределах России, так и ушедшего в изгнание, чуткие и совестливые сердца восприняли эти страдания как наказание Божие за грех пред Царем и Родиной, совершенный всем русским народом в его соборном единстве.

Это сознание укрепляется и усиливается ныне, ибо, несмотря на все старания русских людей, несмотря на кровь, пролитую в белой борьбе, несмотря на величайшее напряжение энергии, проявленное русской эмиграцией за рубежом, страдания русских людей не уменьшаются, а возрастают с течением времени.

Немногих, очень немногих друзей имеют русские люди в мире. Вместе с великим славянским поэтом Колларом имеем мы полное право воскликнуть: «Милосердный Боже! Почему никто на целом свете не относится к нам справедливо!» И вот одним из немногих таких друзей наших был благородный Венценосный Вождь Югославии — Король Александр I. И 9-го октября 1934 г. он был сражен злодейской рукой.

Эта новая острая мучительная боль, причиненная русскому сердцу, всколыхнула давно жившие настроения и, в ответ на мой призыв, объединила многих в горячем и действенном стремлении создать в нашем городе — значительнейшем центре Русского рассеяния на Дальнем Востоке — молитвенный памятник, в котором постоянно бы возносилась молитва за Мучеников Государей и в котором русские люди перед лицом Божиим могли бы приносить свои покаянные чувства и покаянные молитвы.

4-го апреля 1935 г. начал работать Строительный Комитет по созданию часовни-памятника. И 6 (19) мая, в день рождения Государя Императора Николая II, была совершена закладка часовни.

Литургию в этот день совершали три архипастыря: Архиепископ Нестор[1] , Епископ Димитрий[2] и Епископ Ювеналий[3] . Мощно пел хор церкви Дома Милосердия[4] , и вся Церковь пела «Вечную Память» Благочестивейшему Государю Императору Всероссийскому Николаю II-му Александровичу и Благочестивейшему Государю Королю Югославии Александру I-му Карагеоргиевичу.

Глубокое и сильное слово произнес Преосвященный Епископ Димитрий, указавший на смысл и значение сооружаемой часовни как памятника Венценосным Мученикам и как места нашей молитвы за них. «Памятник этот будет свидетельствовать, что мы не забыли своего Императора, об этом он будет говорить как нам, так и нашему молодому поколению, сменяющему нас«, — сказал Владыка Димитрий.

К концу Литургии в Дом Милосердия прибыл Архиепископ Мелетий[5] и все четверо архипастырей, вместе со множеством духовенства и бесчисленными толпами народа, крестным ходом направились к месту закладки часовни. К этому времени весь двор Дома Милосердия, прилегающая улица, даже крыша храма и соседних домов были заполнены бесчисленными народными толпами.

Я обратился к народу со словом: «Христос Воскресе! Мы все собрались на молитву и на закладку часовни-памятника Венценосным Мученикам — Государю Императору Всероссийскому и всей Его Царской Семье и Государю Королю Югославии Александру I Объединителю.

Не на родной земле, а на чужой созидаем мы этот молитвенный памятник, ибо сами мы в изгнании, вдали от родной земли, где не позволяют молиться за Венценосных Мучеников. Не от избытков своих, не от богатства приносят нам жертвователи жертвы на священное дело, но от скудости, среди нужды, когда часто сами жертвователи питаются горькой коркой хлеба. Но «не хлебом единым жив будет человек», и не о хлебе только должны мы заботиться в эти годы испытаний и мук.

Нет, прежде всего должны мы посмотреть, почему мы лишились и хлеба, и крова, и благополучия, и славы, и самого Отечества нашего. Потому, что прегрешили мы, и прежде всего прегрешили пред Царем нашим — Помазанником Божиим, о котором сказал Господь: «Не прикасайтесь Помазаннику Моему».

Мы все повинны в падении нашего Царства, утрате нашего Царя. Иные ругались над Ним и клеветали на Него, а иные, как Пилат, умывали руки. Этот грех мы должны искупить ежечасным постоянным покаянием, постоянной покаянной молитвой перед Богом. Об этом-то нашем непременном долге да будет постоянно напоминать ныне воздвигаемая часовня-памятник, в которой, если благословит Бог, будет приноситься и Бескровная Жертва.

Некоторые говорят, что лучшим памятником Государю было бы собирать детей бедняков, устраивать бесплатные столовые, ибо кругом много нужды. Истинно, нужды много, и тому доказательством является наш Дом Милосердия, полный и детьми, которых здесь более восьми десятков, и убогими, и больными. Есть около храмов Божиих и столовые, и другие приюты. Эта работа во имя милосердия Божия обязательно должна совершаться, потому что страдания человеческие вопиют к каждому сердцу. Но ни приюты, ни столовые, ни богадельни не могут быть памятниками Государю, потому что самая нужда наша, самые страдания наши родились от нашего греха против Царя и Родины, и все наши благотворительные учреждения являются последствием нашего греха, а не искуплением его. Памятником Государю может быть только дом молитвы, дом Божий, где будет возноситься молитва за Царя Мученика и молитва нашего покаяния.

Памятник этот должен быть скромным, как скромным должно быть все у нас на чужбине. Итак, объединимся сейчас все в вере и молитве, прося Бога принять от нас эти малые жертвы, эти малые лепты и труды во искупление нашего великого греха. Аминь«.

Потом мы — все архипастыри — совершили молебен и с молитвой закладку часовни-памятника.

Вечером в тот день в Русском Клубе было многолюдное траурное заседание, посвященное памяти Мученика Государя. Я рассказал о том, как имел счастье и великую честь многажды видеть Государя и Семью Его в дни мира и счастья России, также как и в дни страшной войны; бывший воспитатель Наследника Цесаревича — о. Игумен Николай[6] рассказал о своих воспоминаниях жизни при Царском Дворе; Н. Л. Гондатти[7] и проф. К. И. Зайцев[8] обрисовали светлый образ Мученика-Царя.

В этот день множество русских людей принесло свои посильные лепты для общего священного дела.

Деятельно и энергично закипела работа. Вице-председателями нашего Строительного Комитета были генерал В. В. Рычков[9] и В. С. Фролов[10] . Проект часовни создан архитектором инженером М. М. Осколковым[11] . Наиболее энергично принимал участие в работе серб — М. А. Авдалович.

Я посетил самые разнообразные слои населения Харбина с призывом помочь делу созидания часовни. И повсюду видел добрый жертвенный отклик. Столь же тепло и усердно откликнулись многочисленные патриотически-настроенные русские люди из других стран и городов русского рассеяния.

По моему поручению отец Игумен Нафанаил[12] объехал все станции и поселки линии бывшей КВЖД[13] с призывом к русским людям. Он проник с этим призывом в самые глубокие дебри Маньчжурской тайги, к русским охранникам и рабочим. И эти закаленные в опасностях и трудах люди, затерянные в глуши, почувствовали себя снова русскими, которым близко и дорого общее русское дело, общая русская скорбь. С воодушевлением собрали они свои трудовые, окропленные кровью и потом гроши и копейки, радуясь, что и они, затерянные в глубинах тайги, могут принять участие в общем деле.

Был он с этим призывом и у приграничных русских поселков, где особенный смысл, особенное значение приобретал призыв к созданию часовни-памятника нашего покаяния, потому что, казалось, и близкие просторы России прислушиваются к этому призыву.

Так общими трудами, общими усилиями стало возможно осуществление священного дела. И 15 (28) июля, в день памяти святого князя Владимира, торжественно поднят был крест на купол часовни — первая самая трудная часть работы была закончена.

В дальнейшем работа проводилась главным образом, по внутреннему украшению часовни и по отделке ее наружных деталей художником скульптором В. Ф. Винклером под руководством К. А. Караулова[14] .

Наконец 4 (17) мая [1936 г.] настал день освящения священной часовни.

С улицы перед часовней возвышается чугунная ограда, украшенная художественными литыми медными двуглавыми орлами — даром полковника С. Д. Иванова от Русского Шанхайского Волонтерского Полка и К. Э. Мецлера от Русского Эмигрантского Комитета в Шанхае. Эти орлы украшали некогда Российское Императорское Генеральное Консульство в Шанхае как стражи русской славы на рубеже Дальневосточ-ных стран.

Над входом в часовню широко простер свои царственные крылья величавый огромный Двуглавый Орел. Немигающим взором смотрит он, овеянный тысячелетней славой, вспоенный победами своих сынов, столь многажды видевший страдания своей страны. На колонных постаментах справа и слева у входа в часовню возвышаются императорская и королевская короны — венцы царственных Страдальцев, которые сменили они на мученические венцы. И об этом мученическом их избранничестве вещают слова церковной молитвы, начертанные над входом в часовню: «Вселенная приносит Ти, Господи, Богоносныя Мученики«.

Древняя Шапка Мономаха и Держава украшают боковые постаменты, осененные надписями: «Нет у нас Царя, яко не убояхомся Господа» и «Боже, суд Твой Цареви даждь«.

Святое Распятие Христово [работы инокини Олимпиады[15] , копия с Распятия Петербургского «Храма на крови» — места мученической смерти Императора Александра II-го] с молитвенной надписью: «Господи, прости им: не ведят бо что творят«, начертаны на стене часовни, противоположной от входа и обращенной к храму. «Господи, прости Россию![16] » — этот молитвенный вздох связан с каждым камнем, с каждой песчинкой в часовне.

Много, много прегрешила наша Родина. Не снесла она креста своего избранничества, не послушалась голоса лучшего из сынов своих, пророчески возвестившего Ее судьбу:

Помни, быть орудьем Бога

Земным созданьям тяжело:

Своих рабов Он судит строго.

А на тебе, увы, как много

Грехов ужасных налегло!

О, недостойная избранья,

Ты избрана! Скорей омой

Себя слезою покаянья.

Да гром двойного наказанья

Не грянет над твоей главой!

С душой коленопреклоненной,

С главой, лежащею в пыли,

Молись молитвою смиренной

И раны совести растленной

Елеем плача исцели!

И вот эта часовня и молитвы, которые мы принесем в ней, да будут елеем русского покаяния и русской скорби в страшный переживаемый нами час.

Войдем в часовню.

У стены, противоположной от входа, возвышается величавый иконостас [работы инокини Олимпиады и ее учениц — детей сирот приюта Дома Милосердия] с большим величавым изображением святителя Николая Чудотворца и св. князя Александра Невского. На крыльях иконостаса и в верхней части его изображены святые: царица Александра, Алексий — Митрополит Московский и другие Небесные Покровители Царственных Мучеников. С молитвой предстоят они у Божиего Престола, также как предстояли тогда, когда созерцали они мученический подвиг царственных духовных чад своих и молитвой своей исходатайствовали у Бога дивную крепость и великое мужество им в мучительный смертельный час.

На иконостасе опять двуглавые орлы и короны. Русская и вся славянская многострадальная слава запечатлелась в этих священных символах, венчающих мученический памятник.

Перед иконостасом на колонном пьедестале возвышается серебряная доска с начертанными именами убиенных Царя, Царицы, Короля, Великих Князей, Княгини и Княжон. Вечная им память и вечная им слава!

Этот пьедестал с мученическими именами, венчается императорской короной-лампадой [эта неугасимая лампада сооружена русскими людьми, чтящими память Мученика Царя[17] ], украшенной самоцветными камнями, блестящими, словно звёздочки в полумраке вечера. «Тако да просветится свет» их имен у Божиего Престола.

Пред пьедесталом с именами убиенных Венценосцев покоится крест — дар Архиепископу Нестору Великой Княгини Марии Павловны[18] . На нем четко значится год его создания — 1814 г. — год величайшей русской славы, когда пред победоносными рядами русских полков раскрылись врата побежденного Парижа. Снова веяние былой славы, снова мучительная боль в израненном сердце.

На посеребренных цепях из высокого купола часовни спускается лампада-паникадило, созданная из пожертвованных в часовню орденов и медалей — знаков почести, данных некогда русским людям царской рукой. И ныне, когда от этих былых почестей, от прежней славы остались лишь мучительные раны в сердце, нет лучшего места для славных орденов и медалей, нежели лампада в молитвенной часовне памяти Царя, даровавшего эти знаки славы.

По бокам центральной лампады видны другие, также украшенные орденами и медалями. И, конечно, прежде всего здесь приковывает взор священнейший орден — крест святого Георгия.

Святой Георгий — белая эмаль,

Простой рисунок… Вспоминаешь кручи

Фортов, бросавших огненную сталь,

Бетон, звеневший в вихре пуль певучих.

Пред самым образом опускается золоченая большая лампада — дар коренной жительницы Харбина И. Т. Вересотской. И неугасимыми огоньками светятся все эти светильники в святой прекрасной часовне-памятнике нашей былой славы.

По бокам иконостаса, на аналоях в особых кивотах, хранятся дары Архиепископу Нестору в 1911 г. от Государя Императора — образ преподобного Серафима Саровского и от Наследника Цесаревича — панагия Всемилостивого Спаса — Крест Камчатского Братства [Наследник Цесаревич был Августейшим Покровителем Камчатского Братства, созданного мною, c 1911 г.]. Обе царские святыни украшены боевыми орденами и медалями и вправлены в ажурный серебренный художественный оклад.

Но не только о земной, так быстро переходящей славе вещает эта часовня. «Вознесох избранного от людей Моих«, гласит надпись над входом в часовню, внутри ее. В тот страшный час, когда врагам казалось, что они повергли Божиих Помазанников в самую глубокую пропасть падения и мучительной смерти, тогда-то Воля Божественная избрала их и вознесла Избранников Своих на высоту Вечной Славы в века и века.

И тут же, под осенением этих слов псаломских, видим мы литые изваяния самих Мученика-Царя и Мученика-Короля, Богом избранных и венчанных сначала царственным, а потом мученическим венцом.

Грозным предостережением и постоянным напоминанием нам о покаянии звучат слова других двух надписей по правую и по левую сторону во внутренности часовни: «Бога бойтесь, царя чтите» и «Не прикасайтесь Помазанным Моим«.

С каждой стороны этих надписей смотрят очи херувимов, застывших в молитвенном спокойствии. Как стражи Божественных глаголов взирают они спокойными очами на грешную землю, но самый взор их непрестанно напоминает о вечности и непреложности Божественной Правды.

И в святой час освящения священной часовни да раскроется каждое русское сердце пред веянием молитвы, пред тенями былой славы, зовущей нас, и да вознесутся пламенные молитвы к Творцу, в Чьих руках все судьбы Вселенной.

Не говорите: то былое,

То старина, то грех отцов:

А наше племя молодое

Не знает старых тех грехов.

Нет, этот грех он вечно с нами,

Он в наших жилах и в крови,

Он сросся с нашими сердцами,

Сердцами, мертвыми в любви.

Покаянием и молитвою да очистятся наши сердца, чтобы стать достойными милости Божией.

Читайте так же:  Щусев часовня

Краткий отчет по постройке Часовни.

Приход: Гоби
1. По подписному листу №64 на торжестве во время закладки часовни 191. 20
2. Тарелочный сбор в церкви на постройку часовни и отчисления от церкви 471. 75
3. Сбор на докладах в гимн. Достоевск., в Русск. Клубе и за проданные открытки 132. 41
4. Собрано Игуменом Нафанаилом по ст. Восточной линии СМжд 738. 00
5. Собрано игуменом Нафанаилом по стан. Западной лин. СМжд 463. 00
6. По подписным листам №№ 5, 5-а, 15, 30, 37, 41, 60, 76/84, 93, 114, 115, 118, 126-а, 120, 109, 111, и лист без № 1098. 75
7. По подписным листам №№ 24, 12, 66, 2, 72, 67, 45, 34, 71, 96, 28, 65, 49, 56, 1, 134, 38, 126, 97, 108, ПО, 116, 42, 70, 61, 21, 54 1698. 70
8. Пожертвования без подписных листов 497. 75
9. По церковной книге 428. 30
ИТОГО 5710. 81
Расход:
1. Уплачено подрядчику И. И. Пилярж за производство работ постройки часовни 1458. 00
2. Уплачено десятнику инж. В. А. Дмитрук за наблюдение за работами 150. 00
3. Скульптору В. Ф. Винклеру 628. 55
4. Уплачено подрядчику Ван-хи-чану за кирпич и щебень 843. 00
5. Уплачено за песок 182. 70
6. Уплачено за известь 362. 35
7. Уплачено за цемент и алебастр 409. 00
8. Уплачено за железо разное: кровельное, полосовое и трубы 255. 50
9. Уплачено за лесные материалы 393. 70
10. Уплачено за разные работы по отоплению, электр. Оборудов., за малярные работы, остекление и пр. раб. 1412. 60
ИТОГО: 6095. 40
Перерасход 384. 59

Список почетных строителей Часовни-Памятника памяти Венценосных Мучеников в Харбине.

Е. И. В. Кирилл Владимирович[19]

Е. К. В. Петр II Король Югославии[20]

Е. К. В. Мария — вдовствующая Королева Югославии[21]

Е. К. В. Великий князь Павел — Регент Югославии[22]

Е. В. Князь Никита Александрович[23]

Е. С. Святейший Варнава Патриарх Сербский[24]

Е. Б. Блаженнейший Митрополит Антоний[25]

Е. В. Высокопреосвященнейший Митрополит Анастасий[26]

Е. В. Высокопреосвященнейший Феофил митрополит Америки и Канады[27]

Е. В. Высокопреосвященнейший Серий Митрополит Ниппонский[28]

Е. В. Высокопреосвященнейший Мелетий Архиепископ Харбинский и Маньчжурский — почетный председатель Строительного Комитета

Е. В. Высокопреосвященнейший Иосиф Митрополит Скопленский[29]

Е. В. Высокопреосвященнейший Досифей Митрополит Загребский[30]

Е. В. Высокопреосвященнейший Архиепископ Нестор — председатель Строительного Комитета, организатор и строитель часовни.

Е. В. Высокопреосвященнейший Архиепископ Гермоген[31]

Е. В. Высокопреосвященнейший Архиепископ Феофан[32]

Е. В. Высокопреосвященнейший Архиепископ Тихон[33]

Е. В. Высокопреосвященнейший Архиепископ Виталий[34]

Е. П. Преосвященнейший Николай Епископ Охридский[35]

Е. П. Преосвященнейший Виктор Епископ Пекинский и Китайский[36]

Е. П. Преосвященнейший Епископ Иоанн[37]

Е. П. Преосвященнейший Епископ Димитрий

Е. П. Преосвященнейший Епископ Ювеналий

Е. В. П. Атаман Г. М. Семенов[38]

Е. В. П. Генерал А. П. Бакшеев — Заместитель Председателя Бюро по делам Российских Эмигрантов[39]

Е. В. П. В. Н. Штрандтман[40]

Е. В. П. Доктор К. П. Крамарж[41]

Архитектор-Строитель часовни инж. М. М. Осколков.

Список членов Строительного Комитета, работников по построению Часовни и всех оказавших ценную помощь делу построения Памятника-Часовни

Афанасьев Л. В. ген.

Биржевой Комитет Харбина

Бобров отец Александр протоиерей

Боголюбов от. Феодор

Бринер. Л. Ю. и Е. М.

Бринер Б. Ю. и Е. И.

Беловидов отец Петр протоиерей

Бюро Российск. Эмигр. Ст. Маньчжурия

Варсонофий от. Иеромонах

Вересотская И. Т.

Гусевы Н. Е. и М. Э.

Гуляев от. Иоанн протоиерей

Задорожный от. Петр.

Зайцев К. И. проф.

Карелины А. М. И М. И.

Кациенко инж. А. Ф.

Косаревы А. Я. и А. Н.

Кузнецова-Массенэ М. Н.

Кузнецов д-р Н. Н.

Кудрявцевы В. А. и В. В.

Лейтловы К. Ю. И А. К.

«Лион» фабрика — русские служащие

Лобановская Ю. И.

Лоу-Муравьева А. Н.

Лукьянов Г. И. пр.

Маковеев от. Прокопий

Марсов от. Виктор, протоиерей

Метаксас М. Г. и С. Б.

Мефодий от. Иеромонах

Морозовы В. Т. и А. Г.

Никифоров Н. И. проф.

Оглоблина К. С. д-р

Осколков Б. М. Инж.

Охранники концессии Кондо ст. Яблоня

Полицейские ст. Хан-чин-тун

Половневы И. С. и В. П.

Родзаевский К. В.

Русское 1-ое Нач. Уч.

Русский Волонтерский Полк в Шанхае

Сабатины П. А. и М. С.

Скидельский С. Л.

Степанек В. К. д-р

Сунгуров А. И. д-р

Северная Транспортная К-о

Тарновский С. И. д-р

Терентьевы О. А. и П. Е.

Тростянский от. Иоанн протоиерей

Труфанов от. Николай протоиерей

Феодосий от. Архимандрит

Харбинское О-во Домовладельцев

Челахсаев Д. Т. д-р

Чибуновский А. Г.

Чистяков И. Ф. Промышленники

Шепитковская В. Н.

Шепитковский В. П.

Элизен от. Тимофей

Эсперов Н. Е. проф.

Эрист В. В. и Е. Т.

1 . Нестор (Анисимов) (1885-1962), архиепископ Камчатский и Петропавловский, с 1946 г. митрополит Харбинский и Маньчжурский. См. статью Н. П. Разжигаевой Неугасимая свеча // Русская Атлантида. — Челябинск: 2000. №3. — С. 3-11, книгу С. В. Фомина Божьей милостию архиерей Русской Церкви. Три жизни митрополита Нестора Камчатского. М. «Правило веры». 2002, а также статьи А. К. Караулова и В. В. Коростелева «Поборник церковного единения», «Экзарх Восточной Азии» и «Арест Экзарха», опубликованные в журнале «Русская Атлантида» № 8, 9 и 10. Много материалов о Владыке содержится в сети Интернет. Для знакомства с ними достаточно в любой российской поисковой системе («Яндекс», «Rambler» и др.) набрать кодовые слова «митрополит Нестор», «Нестор Анисимов», «владыка Нестор» или «Нестор камчатский».

2 . Димитрий (Вознесенский) (1871-1947), епископ Хайларский, викарий Харбинской епархии, с 1944 г. архиепископ. Отец Первоиерарха Русской Православной Церкви Заграницей (РПЦЗ) митрополита Филарета. В 1946 г. вернулся в Россию, где находился на покое в Псково-Печорском монастыре. Скончался в Ленинграде, похоронен на Охтинском кладбище.

3 . Ювеналий (Килин) (1875-1958), епископ Синьцзянский, викарий Пекинской епархии, с 1941 епископ Цицикарский, викарий Харбинской епархии, а с 1946 г. Шанхайский, викарий Пекинской епархии. В 1947 г. возвратился в Россию. Епископ Челябинский и Златоустовский (с 1947), Иркутский и Читинский (с 1948), архиепископ Омский и Тюменский (с 1949), Ижевский и Удмуртский (с 1952). Перед кончиной принял схиму с именем Иоанн.

4 . Дом Милосердия — приют для детей-сирот и престарелых, основанный владыкой Нестором. На его территории находился Св.-Скорбященский храм, рядом с которым и была построена Часовня-Памятник.

5 . Мелетий (Заборовский) (1869-1946), архиепископ Харбинский и Маньчжурский, с 1939 г. митрополит. Скончался в Харбине, был похоронен в Благовещенской церкви.

6 . Николай (Гиббс Сидней Иванович) (1876-1963), игумен. Родился в г. Ротерхэм (Великобритания). Окончил Кембриджский университет. С 1908 г. преподавал английский язык у великих княжон, дочерей императора Николая II, а затем и у Цесаревича Алексея. После революции последовал в ссылку за царской семьей в Сибирь. В 1934 г. в Харбине принял от владыки Нестора крещение в Православной Церкви с именем Алексей, а в 1935 г. — монашество с именем Николай и священство. В 1937 г. возвратился в Англию. Архиепископом Нестором в дни его визита в Англию возведен в сан архимандрита (1938). В первой половине 1940-х гг. основал православный приход св. Николая Чудотворца в Оксфорде. В 1945 году перешел в юрисдикцию Московской Патриархии. Похоронен на кладбище Хэдингтон в Оксфорде.

7 . Гондатти Николай Львович (1863-1945) — гражданский губернатор Приамурского края (1911-1917), шталмейстер Двора Его Императорского Величества Николая II. Член-учредитель Благотворительного Камчатского Братства, основанного иеромонахом Нестором. После революции эмигрировал в Харбин, где работал в управлении КВЖД. Попечитель «Дома Милосердия» со дня его основания. Председатель Харбинского Общества землевладельцев и домовладельцев (1925-1935). Умер в Харбине.

8 . Зайцев Кирилл Иосифович (1887-1975), профессор политической экономии юридического факультета Харбинского института им. Св. Владимира (1936-1938). В 1945 г. принял священство, служил в Пекине и Шанхае. После второй мировой войны переехал в США. Пострижен в монашество с именем Константин в Свято-Троицком монастыре в г. Джорданвилль (США) в 1949 г. Архимандрит (1954).Многолетний редактор журнала «Православная Русь». Профессор пастырского богословия и русской литературы в Свято-Троицкой семинарии.

9 . Рычков Вениамин Вениаминович (1870-1935), генерал-лейтенант, георгиевский кавалер. Участник Мировой и Гражданской войн. Первый председатель Бюро по делам Российских эмигрантов в Харбине (1944-1935).

10 . Фролов Василий Савельевич (1879-?), известный русский педагог-словесник. Окончил учительскую семинарию в Благовещенске (1898). Заведовал школой №1 на станции Маньчжурия (1921-1922), директор гимназии им. Ф. М. Достоевского в г. Харбине, а после ее закрытия до 1945 г. — директор русской гимназии им. А. С. Пушкина в Дайрене (Дальнем). В 1944-45 гг. воспрепятствовал поклонению учащихся своей гимназии японской языческой богине Аматерасу. Репрессирован НКВД в 1945 г. Срок отбывал в инвалидном лагпункте Востураллага в Свердловской области.

11 . Осколков Михаил Матвеевич (1872, Симферополь — после 1944), военный инженер. Окончил Николаевское инженерное училище (1899) и Николаевскую инженерную академию (1904). Работал в Виннице. На Дальнем Востоке с 1904 г. В Благовещенске построил Свято-Троицкую церковь (Шадринская, 1901). До 1918 г. работал городским инженером в Хабаровске, откуда эмигрировал в Маньчжурию (Харбин). С 1921 по 1937 г. в Харбинском городском самоуправлении занимал должность городского инженера. В начале 1920-х гг. провел большую работу по благоустройству мостовых, коллекторов, насосной станции Харбина. Занимался научно-педагогической деятельностью в СМУ на инженерном факультете. Имел научные труды, выступал с докладами. Специалист по церковному строительству, занимал должность епархиального архитектора. Специализировался в области проектирования зрелищных сооружений, сценического оборудования. Приглашался как опытный зодчий для экспертиз, консультаций за пределы Харбина. Действительный член, а затем председатель правления Общества русских инженеров в Маньчжоу-Го. В одной из публикаций его назвали «инженером-пионером русской культуры на востоке Азии». Кроме храма в Харбине в честь Софии Премудрости Божьей (1933, сохранился) и часовни-памятника Венценосным мученикам (1936, утрачена), автор сотни частных домов. Некоторые из них: Хара и К° (ул. Князя Хилкова), Б. М. Загорской (ул. Пекарная), Н. Тригубова (ул. Пекарная), И. А. Ботоева (3-я линия), П. Б. Богдановского (угол ул. Ямской и Китайской), Джан-ван-цуан (ул. Аптекарская), Н. Э. Гешелина (ул. Пекарная), Н. Х. Левина (ул. Ямская), Судзуки (ул. Биржевая) и др. (Данные получены от С. С. Левошко).

12 . Нафанаил (князь Львов Василий Владимирович) (17 (30) августа 1906г., Москва — 26 октября (8 ноября) 1986г., Вена), игумен. Родился в семье члена Государственной Думы, обер-прокурора Святейшего Синода в 1917 г. Учился в гимназии в Санкт-Петербурге, в реальных училищах в Бугуруслане и Томске. Окончил Харбинское реальное училище (1922). Работал рабочим на Китайской Восточной железной дороге (1922-1929). Учился на вечерних богословских курсах (1928-1931). Принял монашество. Посвящен в иеромонахи (1929). Законоучитель в детском приюте при «Доме Милосердия» в Харбине. Архимандрит (1936). Вместе с владыкой Нестором в качестве его секретаря и келейника принимал участие в ряде миссионерских путешествий в Индию и на Цейлон, а также в паломнических и деловых поездках на Ближний Восток и Европу. Начальник православной миссии на Цейлоне (1937-1939). Вторую мировую войну провел в Словакии. Был помощником настоятеля монастыря преподобного Иова Почаевского (Ладомирова, Словакия). Настоятель Воскресенского собора в Берлине (1945). Епископ Брюссельский и Западно-Европейский (1946-1951). В 1952 г. служил в Тунисе. Преподавал Ветхий и Новый Завет в монастыре преп. Иова Почаевского (1953-1956). С 1966 г. по 1980 гг. был настоятелем обители преп. Иова в Мюнхене. Епископ Венский и Австрийский (1971). Архиепископ (1981). Редактор «Православного голоса» в Маньчжурии (1934-1937), «Православной Руси» на Карпатах (1939-1945), журнала «Детство во Христе» (1939-1944). «Православных сборников» в Париже (1947-1949), «Церковного голоса» в Германии (1955-1964), «Вестника православного дела» в Германии (1959-1963). Автор многочисленных статей в журналах «Хлеб небесный», «Рубеж», «Гун-бао» (Харбин), в европейских и американских русских печатных изданиях. Печатался также под псевдонимом А. Нельский.

13 . После продажи Советским Союзом Японии КВЖД она была переименована в СМЖД (Северо-Маньчжурская железная дорога).

14 . Караулов Кирилл Александрович (12 августа 1913 г., Хабаровск — 20 сентября 1983 г., Кировоград). Родился в семье командира парохода «Амурского Речного Пароходства», работавшего с 1907 г. на маршруте «Амур-Сунгари». В 1920 г. его отец вывел пароход из уже занятого Красными Хабаровска и очутился в Харбине без средств существования. Заболел туберкулезом. Сына Кирилла в 1924 г. пришлось отдать в приют к епископу Нестору. Кирилл окончил в г. Харбине гимназию Андерса, иконописную школу, военное училище РОВС, богословские курсы, Зубоврачебное училище и Харбинский Зубоврачебный институт, служил в Русском Волонтерском Полку (Шанхай). С 1931 г. и по 1955 г. был заведующим приютом, а затем управляющим «Дома Милосердия». По поручению владыки Нестора руководил строительством зданий на территории «Доме Милосердия», постройкой Часовни-Памятника Венценосным Мученикам, харбинского госпиталя Красного Креста и др., а также типографией. Одновременно имел медицинскую практику в больницах г. Харбина, а также в «Доме Милосердия» и Лицее им. Св. Александра Невского. В 1955 г. выехал с семьей в СССР «на освоение целинных и залежных земель» в Кокчетавскую область. После освобождения владыки Нестора в 1956 г. из заключения и назначения на Новосибирскую кафедру семья переехала в Новосибирск, а затем в Кировоград (место нового назначения Владыки). В последние годы работал врачом-стоматологом в поликлинике г. Кировограда. Жена — Лариса Петровна (ур. Кокурина, дочь начальника складов КВЖД в Модягоу (г. Харбин)). Сын — Александр (19.09.1944 г., Харбин), дочь — Марина (10. 05. 1949 г., Харбин).

15 . Олимпиада (Ольга Болотова) (1880-после 1967 г.), инокиня, выдающаяся иконописица. Родилась в Слободском уезде, Вятской губернии. С детских лет воспитывалась в Вятском девичьем монастыре, где получила азы иконописи. После революции уехала на Дальний Восток, где подвизалась в женском монастыре Рождества Пресвятой Богородицы в Приморском крае (с. Линевичи). В 1930 г. бежала в Харбин. Инокиня, а затем игумения Скорбященской обители «Дома Милосердия» под попечением которой находились дети и престарелые обитатели приюта. Руководительница иконописной школы. В конце 50-х выехала во Францию.

16 . Фактически на Восточной стене часовни памятника была надпись: «ГОСПОДИ, СПАСИ РОССИЮ». Такое несоответствие можно объяснить тем, что брошюра издавалась до окончательного завершения строительства часовни.

17 . По свидетельству Г. Б. Тыкоцкого, неугасимая лампада и хоругвь в форме Георгиевского креста для Часовни-памятника были изготовлены его отцом Б. Н. Тыкоцким. (См. «Русская Атлантида»,2003. №9. С. 16.)

18 . Мария Павловна Романова (1890-1958) — дочь Великого князя Павла Александровича Романова от его первого брака с греческой принцессой Александрой. Супруга шведского Кронпринца Вильгельма. С 1913 года — разведена. Во время Мировой войны — медсестра во фронтовых госпиталях. Эмигрировав после 1917 во Францию, открыла в Париже первую мастерскую-салон художественной вышивки. Сотрудничала с домами моды Коко Шанель и Валентины Саниной. Автор мемуаров, профессиональный художник-фотограф. Потомки Марии Романовой и ее сына Леннарта наследовали шведскую корону.

19 . Кирилл Владимирович Романов (1876-1938), Великий князь, двоюродный брат Николая II. Находясь в эмиграции в Германии в 1922 г., объявил себя «блюстителем государева престола», в 1924 г. Императором, а своего сына Владимира — Великим князем и наследником престола.

20 . Петр II Карагеоргиевич (1923-1970). Сын Александра I Карагеоргиевича. В 1934 наследовал югославский престол при регентстве принца Павла. В марте 1941 взял правление в свои руки после революции, начавшейся из-за прогерманской ориентации князя Павла. Однако через несколько недель Гитлер завоевал Югославию, и король Петр вынужден был искать убежище в Греции, Египте, а затем Англии. После прихода к власти маршала Тито остался в эмиграции Умер в г. Денвер (США). Его сыну наследному принцу Александру Карагеоргиевичу (р. 1945 г.) в 2001 г. возвращено Югославское гражданство и часть собственности.

21 . Мария Румынская (ур. Гогенцоллерн) (1900-1961), вдовствующая королева Югославии. Дети: Петр II (1923-1970), Томислав (1928-2000), Андрей (1929-1990).

22 . Павел Карагеоргиевич (1893-1976) — Великий князь, принц-регент Югославии в 1934-1941 гг. Проводил прогерманскую политику.

23 . Никита Александрович Романов (1900-1974), князь, племянник Государя Мученика. Сын Великого Князя Александр Михайловича (1866-1933) и Ксении Александровны (1875-1960). В эмиграции один из руководителей Общества памяти Императора Николая II и руководитель монархического Союза русской дворянской молодежи (осн. 1930).

24 . Варнава (Росич) (1880-1937), Святейший Патриарх Сербский (1930-1937). Воспитанник Петербургской Духовной Академии. Выдающийся церковный и общественный деятель Югославии. Покровитель, защитник и благодетель русской эмиграции. Участвовал в жизни РПЦЗ, созывал под своим председательством совещания представителей разных зарубежных церковных областей. При его участии и под его председательством в 1935 г. было выработано «Положение о Русской Православной Церкви Заграницей», подписанное им и русскими иерархами и явившееся основой для управления РПЦЗ. Безвременно скончался при загадочных обстоятельствах.

25 . Антоний (Храповицкий) (1863-1936), митрополит. Выдающийся русский церковный и общественный деятель, богослов и педагог. Покинул Россию в 1920 г. Возглавлял Русскую Зарубежную Церковь (1921-1936) с сохранением титула митрополита Киевского и Галицкого. Проживал в Югославии в г. Сремски Карловци.

26 . Анастасий (Грибановский) (1873-1965), митрополит. Покинул Россию в 1919 г. С 1936 стоял во главе Русской Зарубежной Церкви. С 1964 г. на покое. Похоронен на кладбище Свято-Троицкого монастыря в г. Джорданвилль (США).

27 . Феофил (Пашковский) (1874-1950), митрополит. В 1922 г. пострижен в монашество и хиротонисан в ноябре 1922 г. во епископа Чикагского. 23 ноября 1934 года на Соборе митрополичьего округа (5-ом Всеамериканском соборе) в гор. Кливленде был избран преемником митрополита Платона (скончался в 1934 году) и назначен митрополитом всея Америки и Канады с сохранением титула архиепископа Сан-Франциского. Скончался в Сан-Франциско.

28 . Сергий (Тихомиров) (1871-1945), митрополит Японский и начальник Русской духовной миссии в юрисдикции Московской Патриархии. В 1908 г. направлен миссионером в Японию. Член Камчатского Братства, участвовал в 1916 г. в хиротонии архимандрита Нестора во епископа Камчатского и находился с ним в дружеских отношениях. В 1940 г. был вынужден японскими властями оставить свой пост. В апреле 1945 года был арестован жандармерией по подозрению в шпионаже в пользу СССР и подвергнут пыткам. Когда его освободили после сорокадневного заключения, его здоровье было необратимо подорвано, и через три месяца (10 августа 1945 года) за пять дней до окончания войны митрополит Сергий в одиночестве скончался.

29 . Иосиф (Цвийович) (1878-1957), митрополит Скопленский (1932-1957). Выдающийся иерарх Сербской Православной Церкви. Воспитанник Киевской Духовной Академи. Присутствовал в составе делегации Сербской Православной Церкви на выборах в Москве Святейших Патриархов Тихона (1917) и Алексия I (1945). После интернирования и последующего заключения Патриарха Гавриила (Дожича) в концлагерь Дахау исполнял его обязанности (1941-1946).

30 . Досифей (Васич) (1887-1945), митрополит Загребский. Выдающийся иерарх Сербской Православной Церкви. Воспитанник Киевской духовной академии. После нападения гитлеровской Германии на Югославское королевство в апреле 1941г. был схвачен хорватскими усташами и заключен в тюрьму. Там был зверски избит и в бессознательном состоянии перевезён во Введенский монастырь в Белграде, где находился на попечении сестричества этого монастыря. Не приходя в сознание, умер 13 января 1945г. и был похоронен в этом монастыре. В 2000 г. канонизирован Сербской Православной Церковью

31 . Гермоген (Максимов) (1861-1945), архиепископ. В эмиграции с 1919 г. , окормлял русские приходы в Греции. С 1920 г. в сане архиепископа проживал в Югославии на покое в монастыре Хопово. Один из основателей Братства русской правды. В 1942 г. согласился возглавить так называемую Хорватскую Православную Церковь, находившуюся в расколе с Сербской Православной Церковью. Был возведен в сан митрополита (1942) патриархом румынским Никодимом. Осужден архиерейским судом РПЦЗ как нарушающий права Сербской патриархии и исключен из состава Архиерейского Синода РПЦЗ. В июле 1945 г. погиб от рук югославских партизан (или, по другим сведениям, был арестован после освобождения Загреба и приговорен к расстрелу).

32 . Феофан (Гаврилов) (1872-1943), архиепископ. С 1919 г. в эмиграции в Югославии. Вывез из своей епархии чудотворную икону Курской Коренной Божией Матери — ныне главную святыню РПЦЗ. Многие годы состоял членом Архиерейского Синода РПЦЗ. Скончался в Белграде.

33 . Тихон (Лященко) (1875-1945), архиепископ Берлинский (1924-1933). На покое проживал в Югославии. Скончался в Чехословакии. Похоронен в г. Карловы Вары (Карлсбад).

34 . Виталий (Максименко) (1873-1960), архиепископ Северо-Американский и Канадский (с 1934). Архиепископ Восточно-Американский и Джерзейситский. С 1948 по 1960 гг. был настоятелем Джорданвилльской Свято-Троицкой обители (США). Воссоздал в обители типографию и основал духовную семинарию. Многолетний член Синода РПЦЗ.

35 . Николай (Велимирович) (1880-1956), епископ Охридский и Жичский, выдающийся богослов и просветитель. Обладатель пяти докторских степеней. После оккупации Югославии был интернирован, а затем вместе с Патриархом Гавриилом (Дожичем) заключен в концлагерь Дахау. Скончался в русском монастыре свт. Тихона Задонского в США. В 1991 г. его мощи были перенесены в Сербию. Причислен к Лику Святых.

36 . Виктор (Святин) (1893-1966), епископ Пекинский и Китайский, с 1938 г. архиепископ. В 1945 году принят в юрисдикцию Московской Патриархии. Патриарший Экзарх Восточной Азии (с 1950 г.). С 1956 года — архиепископ Краснодарский и Кубанский, с 1961 г. — митрополит. Скончался и похоронен в Краснодаре.

37 . Иоанн (Максимович) (1896-1966), епископ Шанхайский, викарий Пекинской епархии (с 1934 г.), с 1945 г. архиепископ. Архиепископ Западноевропейский (1951). Переехал в Америку (1962). Архиепископ Западно-Американский и Сан-Францисский (1962). Прославился как великий молитвенник. В 1994 г. канонизирован РПЦЗ.

38 . Семенов Григорий Михайлович (1890-1946), атаман, генерал-лейтенант, георгиевский кавалер. Участник Мировой войны. Один из известных и влиятельных командиров Белого движения, Главнокомандующий Вооруженными Силами Дальнего Востока (с 1920 г.). С 1921 г. в эмиграции в Китае, США, Канаде и Японии. С образованием в 1932 году государства Маньчжоу-Го проживал в Дайрене. Возглавлял многие эмигрантские организации, сотрудничавшие с японцами. С началом Великой Отечественной войны перешел на позиции «оборонцев». В 1945 г. арестован НКВД и год спустя казнен по приговору советского суда.

39 . Бакшеев Алексей Проклович (1873 -1946) генерал-лейтенант, георгиевский кавалер. В годы Гражданской войны — заместитель походного атамана казачьих войск Урала, Сибири и Дальнего Востока Г. М. Семенова. С 1922 г. Председатель Правления «Союза казаков на Дальнем Востоке и бывших чинов Дальневосточной Армии». Заместитель Председателя (с 1934 г.), а затем (1935-1938 гг.) Председатель Бюро по делам Российских Эмигрантов. В 1945 г. арестован НКВД и год спустя казнен по приговору советского суда.

40 . Штрандтман Василий Николаевич (1877-после 1939), известный российский дипломат. В эмиграции жил в Белграде. До 1934 г. уполномоченный Российского общества Красного Креста в Югославии. С 1919 по 1940 год — делегат Комиссии Лиги Наций по защите интересов русских эмигрантов в Югославии (со статусом посла).

41 . Крамарж Карел Петрович (Kramar Karel) (1860-1937) , политик, доктор. В 1890-1918 депутат венского парламента и чешского сейма, лидер Национальной партии свободомыслящих (младочехов), с 1919 г. — Национально-демократической партии, а с 1935 руководитель партии Национальное объединение (существовала до конца 1938). В 1900 г. женился на Надежде Николаевне Абрикосовой (ур. Хлудовой). В мае 1915 года, несмотря на депутатскую неприкосновенность, был арестован, отправлен в Вену, где за свои пророссийские настроения был обвинен в измене и приговорен к смертной казни. Позднее приговор был заменен 15-летним тюремным заключением. Освобожден летом 1917 года. Встречен населением Праги как национальный герой. Глава правительства Чехословакии в 1918-19 гг. Потеряв пост премьера, в последующие годы он все еще пользовался большим политическим весом. Крамаржа называли «отцом русской эмиграции». Чета Крамарж оказала огромную помощь и поддержку российским эмигрантам в Чехословакии и за ее пределами. К ним часто обращались как отдельные люди, так и эмигрантские организации, и очень многим они оказывали помощь: материальными средствами, ходатайством в получении гражданства или виз, устройстве на работу и т. п. Из своих личных средств супруги помогали русским больным в пражских больницах, Русскому Красному Кресту, давали деньги на русский театр, на рождественские подарки, оказывали поддержку русским кооперативным сельскохозяйственным курсам и многим другим русским объединениям и организациям. Надежда Николаевна была покровительницей Галлиполийского землячества и почетной попечительницей Русских курсов при Русской Академической Группе. Была председательницей Братства для погребения православных русских граждан и для охраны и содержания в порядке их могил в Чехословакии. Из полумиллиона чешских крон, израсходованных на строительство в 1924 году кладбищенского храма Успения Пресвятой Богородицы на Ольшанах, 80% средств было получено от супругов Крамарж. В знак признательности за большую помощь русской колонии в ЧСР и Православной Церкви супруги Крамарж похоронены в крипте этого храма-усыпальницы

Венценосные мученики Император Всероссийский Николай II Александрович и Король Югославии Александр I Карагеоргиевич

Архиепископ Нестор с детьми «Дома Милосердия» у восточной стены Часовни-Памятника Венценосных Мучеников

Архиепископ Нестор и архимандрит Николай (Гиббс) (Лондон, 1938г.)