Алексей леонов

«Оберегал, много рассказывал, давал советы»

Подвиг Леонова повлиял на становление многих его российских коллег, рассказал космонавт Сергей Прокопьев.

«Конечно, его подвиг и его полеты повлияли. Они вдохновили на многое не только меня. Многие из отряда, наверное, следя за его судьбой, потом захотели стать космонавтами. Это невосполнимая утрата для отряда космонавтов», — сказал Прокопьев, выражая соболезнования.

Его коллега Юрий Лончаков, возглавлявший Центр подготовки космонавтов с 2014 по 2017 годы, рассказал, что космонавты до последнего надеялись на выздоровление Леонова.

«Года и тот путь космонавта, который он прошел, дали о себе знать, потому что каждый полет в космос не придает здоровья. Человек он, конечно, был удивительный. Всегда очень внимательно относился к молодежи, которая приходила в отряд. Он нас оберегал, много рассказывал, давал советы. Говорил: «Ребята, если вы пришли в отряд, вы должны быть не просто космонавтам, а профессионалами высочайшего класса, потому что космос — это очень сложно и опасно и в то же время очень красиво», — поделился воспоминаниями Лончаков.

По его словам, Леонов являлся хранителем традиций, которые появились в отряде космонавтов. «Он всегда был открыт душой. Это очень прекрасный человек, которого нам будет не хватать. Соболезнования родным и близким», — добавил космонавт.

Универсальность «беркута»

Все отечественные скафандры называли именами хищных птиц. Так, есть космический костюм «Орлан». Есть «Кречет», есть «Ястреб», «Сокол»… Первый же скафандр для выхода в космическое пространство назвали «Беркутом». Он весил порядка 40 кг. В условиях невесомости этот показатель ровным счетом не имел никакого значения. Но, однако, эта цифра давала представление о серьезности всей конструкции.

Системы скафандра были очень эффективными и при этом довольно простыми. Так, специалисты отказались от регенерационной установки, и при выдохе углекислый газ напрямую выпускался в космическое пространство.

Данный скафандр применялся один раз, когда экипаж Беляев – Леонов отправился в космос. Специалисты утверждают, что «Беркут» и поныне считается не только единственным и уникальным скафандром, но и универсальным. А универсальность заключалась в том, что он предназначен и для спасения космонавтов при разгерметизации космического аппарата, и для выхода человека в открытое пространство.

Угрозы

Вы все, конечно же, смотрели фильм «Гравитация», получивший 7 Оскаров, а потому должны иметь хорошее представление о всех опасностях, угрожающих космонавту в открытом космосе. Это опасность потерять связь с кораблем, опасность столкнуться с космическим мусором и, наконец, опасность истечения запасов кислорода до возвращения на корабль. Помимо этого существует и опасность перегрева или переохлаждения, а также поражения радиацией.

Связь

Леонов был привязан к кораблю прочным фалом длиной пять с половиной метров. В ходе полета, он неоднократно вытягивался на всю длину и снова подтягивался к кораблю, фиксируя все свои действия на кинокамеру. В 60-х еще не существовало ракетных ранцев (устройство для перемещения и маневрирования космонавта) позволяющих полностью свободно отделяться от корабля и возвращаться на него, так что тонкая крепкая веревка на двух металлических карабинах — это в буквальном смысле все, что связывало Леонова с жизнью и возможностью вернуться домой.

Обломки

вероятность столкнуться с каким-либо космическим мусором, вращающимся на орбите Земли, в 1965 году была еще очень мала. До полета «Восхода-2» в космосе побывали всего лишь 11 пилотируемых кораблей и несколько спутников, при этом на довольно низких орбитах с относительно большой плотностью атмосферных газов, соответственно, большая часть мельчайших частиц краски, обломков и прочего мусора, остающегося после этих кораблей, вскоре сгорала, не успев причинить никому вреда. До формулирования синдрома Кесслера было еще далеко, и советская космическая программа не воспринимала эту опасность всерьез.

Кислород

Скафандр «Беркут», разработанный специально для выхода в открытый космос и имевший полную автономность, имел запас всего в 1666 литров кислорода, а для поддержания необходимого давления газа и жизнедеятельности космонавта необходимо было тратить больше 30 литров в минуту. Таким образом, максимальное время пребывания вне корабля составляло всего лишь около 45 минут, и это на все про все: вход в шлюз, выход в открытый космос, пребывание в свободном полете, возвращение в шлюз и ожидание времени его закрытия. Общее время выхода Леонова составило 23 минуты 41 секунду (из них вне корабля 12 минут 9 секунд). Никакого запаса на исправление ошибок или спасение не предусматривалось.

Температурный режим и радиация

Леонов успел фактически чудом успеть завершить свой выход до попадания корабля в тень от Земли, где низкие температуры могли осложнить все его действия и привести к смерти. В кромешной тьме он бы не смог справиться с фалом и входом в шлюз. Нахождение на солнечной стороне в течение каких-то 12 минут заставляло его обливаться потом. «Терпения уже не было, по лицу пот тек не градом, а потоком, да такой едкий, что глаза жгло» — вспоминает Леонов. Что касается радиации, то тут ему относительно повезло. На апогее орбиты почти в 500 километрах над землей, «Восход-2» задевал только нижний край радиационно-опасной зоны, где излучение может составлять до 500 рентген/час (смертельная доза за несколько минут), кратковременное нахождение в ней и хорошее стечение обстоятельств не привели к страшным последствиям. По приземлении у Леонова зафиксировали дозу в 80 миллирад, что значительно превышает норму, но к повреждениям здоровья не приводит.

Современники – об Алексее Леонове

Кира Константиновна Белостоцкая – ведущий сотрудник Особого конструкторского бюро московского энергетического института (ОКБ МЭИ). Работает в бюро уже более 58 лет. Благодаря в том числе ее усилиям мир увидел видеотрансляцию полета Леонова в космосе.

На шлюзовом корабле была камера. И когда он выходил, камера снимала. Я в это время была в Тюратаме (поселок вблизи космодрома Байконур. – Прим. m24.ru) и наблюдала. Мы заметили, что он почему-то поглаживает себе бедро. Оказывается, у него был еще фотоаппарат, чтобы он снял корабль. Но он не мог дотянуться до молнии, чтобы открыть ее и сделать снимок корабля.
Кира Белостоцкая
ведущий научный сотрудник ОКБ МЭИ, заслуженный создатель космической техники

«Камеру взяли из Ленинградского телевизионного института. А всю радиотехническую часть – передачу сигнала – делали мы. Сначала Королев поручил Рязанскому из НИИ–885 обеспечить передачу телесигнала на Землю. Но у них не хватало энергетики, чтобы сделать дополнительный канал. И тогда наш Богомолов (бывший главный конструктор ОКБ МЭИ. –Прим. m24.ru) с подачи своих ребят придумал переделать один из телеметрических каналов под телевидение. И с этого все началось. С теми же данными по потреблению энергии сумели преобразовать телеметрический канал в телевизионный. Я срочно переделывала аппаратуру на борту. Сперва были передатчики ТМ-1, ТМ-2. А потом стали ТТ (телеметрический-телевизионный канал)», – продолжает рассказ Белостоцкая.

Я пришел в отряд космонавтов в 1970-м году. Там мы и познакомились. По-сути он был моим командиром. Он был командиром первого экипажа «Союз-Аполлон» (программа совместного полета советского корабля «Союз-19» и американского «Аполлон». – Прим. ред). С 1973 года мы с ним очень плотно работали по программам.
Владимир Джанибеков
летчик-космонавт СССР, дважды Герой Советского Союза, пять раз летал в космос

«Живой, веселый, очень энергичный человек. Не боится говорить правду, и то, как он видит мир, не взирая на лица. Авторитетов для него не существовало и не существует. Что было хорошо в советское время – хорошо. Если коммунисты делали что-то неправильно, он критиковал и очень остро. Поэтому в высших эшелонах у него были противники. Очень верный друг. Можно наблюдать на примере взаимоотношений семьи Гагариных и семьи Леоновых. Леонов очень заботливый человек по отношению к погибшему другу. Он заботился о семье Гагариных – насколько это позволяла сама семья.

Занимался развитием города Гагарина, города Гжатска. Чтобы организовать там комсомольско-молодежную стройку, нужно было поднять ЦК комсомола и убедить всех. Это все Леонов. И студенты поехали стройотрядами, строили и облагораживали город», – рассказывает Джанибеков.

Леонов очень веселый человек. Он рассказывал, что, когда ему делали гипсовый слепок для ложемента (индивидуальное сиденье кресла для каждого космонавта. – Прим. ред.), его еле выдрали оттуда. Такие у него волосатые руки и спина. Небольшого роста, в свое время он был очень накачанный. Он очень хорошо рисует – почетный член Российской академии художеств.
Клара Величко
научный сотрудник отдела фондов Мемориального музея космонавтики

Фото: Москва 24/Александр Авилов

Алексей Леонов родился 30 мая 1934 года в селе Листвянка Тисульского района Кемеровской области в семье шахтера. Проходил службу в авиационных частях Военно-воздушных сил СССР.В марте 1960 года был зачислен в отряд советских космонавтов (1960 Группа ВВС № 1). 18 марта 1965 года первым в мире совершил выход в открытый космос.

В 1968 году окончил военно-воздушную инженерную академию имени Н. Е. Жуковского. С 1971 года являлся заместителем начальника Центра подготовки космонавтов имени Ю. А. Гагарина, командиром отряда космонавтов.

В 1974 году был назначен командиром первого экипажа при советско-американском космическом полете по программе ЭПАС (Экспериментальный полет «Аполлон» – «Союз»). Второй космический полет совершил 15–21 июля 1975 года в качестве командира космического корабля Союз-19.

В 1981 году защитил диссертацию и получил степень кандидата технических наук. Вышел на пенсию в 1991 году. В марте 1992 года генерал-майор авиации Алексей Леонов вышел в запас.

11 октября на 86-м году жизни Алексей Архипович скончался в госпитале имени Бурденко после продолжительной болезни.

«Абсолютно не звездный»

Леонов умел заражать окружающих веселым настроением и мог повести за собой людей, а его живопись показывала, как этот легендарный человек видел мир. Такое мнение высказал заместитель директора московского Музея космонавтики, где сейчас проходит выставка картин Леонова, Юрий Соломко.

«Помимо того, что он был блестящий космонавт, он был еще и талантливый художник, его живопись оставила глубокий след, она показывает то, как этот легендарный человек видел мир. Все посетители музея могут увидеть его картины, его скафандр, в которым он тренировался перед выходом в открытый космос. Одна из картин на выставке — «Над Черным морем» — показывает его выход из космического корабля, показывает то, как он видел мир», — сказал Соломко, который лично знал Леонова.

По словам замдиректора музея, Леонов всегда был жизнелюбом и мог заразить своим веселым настроением. «Он легко мог повести за собой, увлечь людей», — отметил он.

Гендиректор научно-производственного предприятия (НПП) «Звезда» (производитель скафандров) Сергей Поздняков, который также лично знал Леонова, отметил, что Алексей Архипович был одним из легендарных людей, «просто людей как представителей человечества, и не только потому, что он был одним из первого отряда космонавтов и первым, кто вышел в открытый космос». «На него можно было равняться в том, что он был очень доступный, тактичный человек, несмотря на его всемирную известность. С ним можно было запросто пообщаться, разговаривать на любые темы, это был абсолютно не звездный, а очень простой и общительный человек, звездности в нем не было совсем», — сказал Поздняков.

По его словам, Леонов часто приезжал в НПП «Звезда», а общение и взаимодействие с ним не всегда касалось темы скафандров или выходов в открытый космос, у космонавта был весьма творческий взгляд на жизнь. Поздняков рассказал, как Леонов помог «обновить» одну из памятных досок на предприятии. «Как-то раз он приехал и сказал мне, что у нас в вестибюле висит памятная доска и под ней хорошо бы сделать специальный кронштейн, чтобы можно было сделать форму под вазу, куда можно ставить цветы. Потом взял лист бумаги и нарисовал, как это должно выглядеть. Я его попросил подписаться на рисунке, чтобы все знали, что это именно он нарисовал. В следующий раз, когда он приехал на предприятие, ваза под памятной доской уже была», — сказал он, добавив, что Леонов также подарил предприятию свою картину, посвященную выходу в открытый космос.

Награды, премии и почётные звания

Награды и почётные звания СССР и Российской Федерации

Дважды Герой Советского Союза (23 марта 1965 года, 22 июля 1975 года);

Награждение Орденом «За заслуги перед Отечеством» III степени. 31 июля 2014 года

  • орден «За заслуги перед Отечеством» I степени (29 мая 2019 года) — за большой вклад в освоение космоса и многолетнюю добросовестную работу;
  • орден «За заслуги перед Отечеством» III степени (22 мая 2014 года) — за достигнутые трудовые успехи, значительный вклад в социально-экономическое развитие Российской Федерации, заслуги в освоении космоса, гуманитарной сфере, укреплении законности, активную законотворческую и общественную деятельность, многолетнюю добросовестную работу;
  • орден «За заслуги перед Отечеством» IV степени (2 марта 2000 года) — за большие заслуги перед государством в развитии отечественной пилотируемой космонавтики;
  • орден Дружбы (12 апреля 2011 года) — за большой вклад в развитие отечественной пилотируемой космонавтики и многолетнюю плодотворную общественную деятельность;
  • Премия Правительства Российской Федерации имени Ю. А. Гагарина в области космической деятельности (2011) — за развитие отечественной пилотируемой космонавтики, личное участие в осуществлении первых пилотируемых полётов, развитие международного сотрудничества в области космической деятельности, популяризацию достижений отечественной космонавтики;
  • два ордена Ленина (23.03.1965, 22.07.1975);
  • орден Красной Звезды (1961);
  • орден «За службу Родине в Вооружённых Силах СССР» III степени (1975);
  • медали;
  • Лётчик-космонавт СССР (1965 год);
  • Благодарность Президента Российской Федерации (9 апреля 1996 года) — за большой личный вклад в развитие отечественной космонавтики.
Иностранные награды
  • Герой Социалистического Труда НРБ (НРБ, 1965 год);
  • орден Георгия Димитрова (НРБ, 1965);
  • орден Карла Маркса (ГДР, 1965);
  • медаль А. Беккера (ГДР, 1965);
  • Герой Труда Вьетнама (ДРВ, 1966 год);
  • орден Государственного знамени ВНР (ВНР, 1965 год);
  • орден «За отличие» I степени (Сирия, 1966 год);
  • золотая медаль «За воинскую доблесть» (Италия, 1967 год);
  • орден Красного Знамени (МНР);
  • орден «За заслуги» III степени (Украина, 12 апреля 2011 года) — за значительный личный вклад в развитие ракетно-космической отрасли, достижения в создании и внедрении космических систем и технологий, высокое профессиональное мастерство;
  • медаль «За укрепление дружбы по оружию» I степени.
Награды субъектов Российской Федерации
  • Почётный знак «За заслуги перед Смоленщиной» (март 2011 года);
  • Почётное звание «Почётный гражданин Московской области» (октябрь 2014 года);
  • (июль 2015 года);
  • Звание «Почётный гражданин Владимирской области» (март 2016 года);
  • Медаль Алексея Леонова № 001 (1 сентября 2014 года);
  • Звание «Почётный гражданин г. Кемерово» (12 апреля 1967 года).
Награды общественных организаций
  • премия имени Людвига Нобеля (2007 год);
  • орден Святого Константина Великого (Союз кавалеров золотого ордена св. Константина Великого);
  • орден «Золотая Звезда» (Фонд Героев Советского Союза и Героев Российской Федерации совместно с оргкомитетом Международного форума «Потенциал нации»);
  • орден «Гордость России» (Благотворительный Фонд «Гордость Отечества», 2007 год);
  • Национальная премия «Во славу Отечества» в номинации «Слава России» (Международная академия общественных наук и Международная академия меценатства, 2008 год);
  • орден «Во славу Отечества» II степени (2008 год);
  • Императорский и Царский орден Святого Станислава I степени (2014 год).
Другие награды и звания
  • Государственная премия СССР () (совместно с А. В. Филипченко);
  • премия Ленинского комсомола (1979) — за книгу-альбом «Человек и вселенная» (совместно с А. К. Соколовым);
  • заслуженный мастер спорта СССР ();
  • почётный гражданин городов: Белгород, Березники, Владимир, Вологда, Калининград, Калуга, Кемерово, Нальчик, Пермь, Череповец, Аркалык (Казахстан), Кременчуг, Чугуев (Украина), Велико-Тырново, Видин, Свищов (Болгария), Усти-над-Лабем (Чехия), Сан-Антонио (Чили);
  • наградное холодное оружие — именной офицерский кортик «Алексей Леонов»;
  • кавалер ордена Святой Анны III степени от главы Российского императорского дома Марии Владимировны Романовой (2008 год);
  • кавалер ордена Святой Анны II степени от главы Российского императорского дома Марии Владимировны Романовой (2011 год);
  • почётный член Российской академии художеств;
  • «Человек года-2013» (Русский биографический институт и Институт экономических стратегий) (2013 год).

Как становятся космонавтами

В 1959 году в десятую гвардейскую дивизию, где служил молодой Леонов, приехал будущий руководитель Центра подготовки космонавтов полковник Карпов. Он предложил будущему Герою Советского Союза поступить в школу для летчиков-испытателей.

Алексей Леонов в апреле 1974 года

2 октября 1959 года Леонов по вызову приезжает в Авиационный госпиталь для прохождения медкомиссии. Именно здесь встречаются две выдающиеся личности в истории космонавтики и в будущем лучшие друзья – Юрий Гагарин и Алексей Леонов. Эта встреча произвела на Алексея Архиповича сильное впечатление. В 1960 году Леонова зачисляют в первый отряд космонавтов, состоящий из 20 человек. «Боевыми» товарищами Алексея Архиповича стали многие известные личности: Виктор Горбатко, Иван Аникеев, Валерий Быковский и др.

Но стать космонавтом оказалось совсем не просто. Уже на медкомиссии он подвергся изнурительным обследованиям. Будущий Герой Советского Союза до сих пор считает, что медицинские требования тех годов лишили страну многих талантливых людей, которые могли стать выдающимися космонавтами.

Позже, когда Алексея Архиповича назначили руководителем, он вместе с докторами пересмотрел требования к кандидатам в космонавты. Подготовка к космическим полетам также далась не просто будущему летчику-космонавту. Испытания, которым подвергалась команда, были неоправданно жестокими: при маневрах на центрифуге, в результате больших перегрузок, на спине у космонавтов появлялись кровоизлияния, при нахождении в барокамере верхний слой кожи отрывался вместе с датчиками, которые приклеивали к телу неизвестной пастой для электропроводимости. Еще один случай, о котором, рассказал великий космонавт, случился с ним во время изготовления кресла-ложемента: персоналу пришлось вытаскивать космонавта из застывшего гипса.

Корабль «Восход-2»

Для выхода в безвоздушное пространство специалистами ОКБ-1 (ныне — Ракетно-космическая корпорация «Энергия» им. С. П. Королева; г. Королев Московской обл.) трехместный корабль «Восход» был переоборудован в двухместный, чтобы освободить место для надевания скафандра и организации входа в шлюзовую камеру.

Скафандр для внекорабельной деятельности «Беркут» и шлюзовая камера «Волга» для выхода в космос были разработаны конструкторским бюро опытного завода номер 918 в подмосковном пос. Томилино (ныне — Научно-производственное предприятие «Звезда») под руководством главного конструктора Гая Северина (1926-2008). «Беркут» представлял собой скафандр вентиляционного типа, то есть не позволял регенерировать выдыхаемый космонавтом воздух, как в современных скафандрах, и был рассчитан на 20-30-минутное пребывание в космосе (общий вес — 100 кг). Шлюзовая камера в рабочем состоянии имела форму цилиндра длиной 2,5 м, внешним диаметром 1,2 м и внутренним — 1 м. Она была надувной и располагалась снаружи корпуса корабля. До выхода на орбиту камера в свернутом виде помещалась под обтекателем «Востока-2», а перед спуском на Землю основная ее часть отделялась от корабля. На случай нештатной ситуации в шлюзовой камере имелась резервная кислородная система, соединяемая со скафандром при помощи специального троса (7 м). Кроме того, на скафандре за спиной космонавта крепились дополнительные аварийные баллоны с кислородом общей емкостью около 4 л (их должно было хватить на 20 мин.).

О выходе в открытый космос

В специальном акте о продолжительности моего пребывания вне космического корабля-спутника «Восход-2» от 18 марта 1965 года было сказано:

«…Летчик-космонавт Леонов А. А. находился вне кабины корабля в условиях космического пространства 23 мин 41 сек. При этом время пребывания космонавта вне космического корабля (с момента появления космонавта из шлюзовой камеры до его скрытия в ней) составило 12 минут 09 секунд».

Это были двенадцать минут свободного парения, плавания, а всего в глубоком вакууме я находился сорок пять минут.

Меня часто спрашивают, каково это – в открытом космосе быть, Вселенную не в окно иллюминатора увидеть? Никто и предугадать не мог, что человека там ждет, и на последнем инструктаже главный конструктор Сергей Павлович Королев мне сказал:

– Прошу быть предельно внимательным и обо всем, что делаешь, докладывай, как минер, – мы должны знать, где оборвется песня… Если она оборвется. <…>

Алексей Леонов: У меня было 60 литров кислорода и несколько минут

Когда я выплыл из шлюзовой камеры, у меня в первую минуту дух захватило: яркое солнце, тишина необыкновенная! В глаза ударил слепящий поток света, прямо как огонь сварки. Пришлось срочно опустить светофильтр. Небо было и черное, и светлое одновременно. Бесконечность – больше ничего вокруг. И где-то далеко-далеко внизу голубая Земля.

Гляжу вверх: надо мной медленно вращается наш корабль-громадина, как будто он больше планеты. Отрываю одну руку от поручня, другую, отплываю. Меня удерживает крепкий пятиметровый фал. Слышу в наушниках голоса наблюдающих за мной при помощи телекамер с Земли: «Смотри-ка, живой…» Внизу под собой вижу Черноморское побережье Кавказа и не менее радостно докладываю:

– В Сочи хорошая погода.

– Без тебя знаем. Выполняй задание, – коротко ответили мне.

Волновались, не хотели отвлекаться.

Земля медленно плыла-вращалась подо мной, как большой и красивый… глобус. Я видел Новороссийск и Цемесскую бухту. Так же медленно проплыли и ушли на закруглениях горизонта огромные черные поля Кубани, серебряная лента Волги, темная зелень тайги, Обь…

Но вот пора возвращаться – а я не могу: из-за гигантской разницы в давлении внутри и снаружи скафандр увеличился в размерах, пальцы «раздулись» так, что я не мог ни держать камеру, ни ухватиться за поручни, чтобы войти в корабль.

Очевидные угрозы

Наши современники прекрасно осведомлены об опасностях, которые априори могут угрожать пилоту в открытом космосе.

  1. Пилот может потерять связь с аппаратом. Так, Алексей Архипович Леонов был привязан к «Восходу-2» надежным фалом. Его длина – 5,5 м. В течение исторического выхода человека в открытое пространство космонавт неоднократно вытягивался на длину троса, а потом подтягивался к аппарату. По сути, только благодаря прочности этого страховочного фала пилот мог в действительности вернуться домой.
  2. В открытом пространстве космонавт мог столкнуться с так называемым «космическим мусором». Правда, в те времена такая вероятность была ничтожно мала. Напомним, до «Восхода-2» на орбите побывали только одиннадцать пилотируемых космических аппаратов и ряд спутников. Все они были довольно на низких орбитах и, соответственно, львиная доля обломков, которые остались после них, быстро сгорала. Таким образом, они не успевали причинить никому вреда.
  3. Разумеется, у пилота есть серьезный риск, что у него закончится запас кислорода. Скафандр «Беркут» был разработан специально для выхода в космос. У него полная автономность. Запас воздуха – 1666 л. Максимальная длительность пребывания вне аппарата — 45 минут. За это время пилот должен успеть войти в шлюзовую камеру, выйти в космос, побывать в свободном полете и вернуться в шлюз. Никакого ресурса на исправление возможных ошибок или спасение вообще не предусматривалось.
  4. У космонавта может возникнуть угроза переохлаждения или перегрева. Так, Леонову удачно удалось завершить свой выход до того, как космический аппарат попал в тень от нашей планеты. В противном случае, такие низкие температуры серьезно могли бы осложнить все действия космонавта. Кроме того, в условиях кромешной тьмы он не смог бы справиться со страховочным тросом и входом в шлюзовую камеру.
  5. В открытом пространстве космонавт мог получить определенную дозу радиации. Когда совершил космонавт Леонов первый выход в открытый космос, ему, по его словам, сильно повезло. Дело в том, что в своем выходе в пространство он лишь задевал край радиационно-опасной зоны. Когда Леонов вернулся, специалисты зафиксировали у него довольно большую дозу радиации, но это, к счастью, не привело к повреждениям здоровья.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Adblock
detector